Беспилотная угроза под водой: как США ищут защиту портов#

Изображение: беспилотный подводный аппарат HSU100 на военном параде в Пекине 3 сентября 2025 года, посвящённом 80-й годовщине победы над Японией и завершения Второй мировой войны.

Беспилотники стали одним из заметных факторов современных конфликтов. На фоне продолжающегося противостояния с Ираном и напряжённости в других регионах США уделяют всё больше внимания защите от беспилотных летательных аппаратов. Однако параллельно развивается менее заметная угроза: автономные аппараты, способные действовать под водой. Береговая охрана США рассматривает технологии для их обнаружения и нейтрализации, в том числе на фоне поступающих сведений о китайских разработках.

Китай не публикует исчерпывающую информацию о своих беспилотных системах, но доступных данных достаточно, чтобы заметить: страна активно развивает аппараты для воздушной и морской среды. Подводные беспилотники привлекают военных и гражданских операторов универсальностью, скрытностью и способностью работать там, где традиционное наблюдение затруднено. Их могут применять для разведки и слежения, перевозки контрабанды, диверсий против критической инфраструктуры и нанесения ударов.

Современные автономные аппараты способны самостоятельно прокладывать маршрут. Поэтому обычное морское патрулирование не всегда позволяет своевременно их обнаружить, сопровождать и остановить. Для США проблема состоит не только в поиске таких целей, но и в создании средств воздействия на них.

Работу Береговой охраны в этой сфере координирует Управление перспективного развития и интеграции — FD&I. Оно проводит исследования и полевые испытания, моделирует развитие технологий и оценивает возможные угрозы. Среди задач службы — охрана морских объектов США от военных противников и негосударственных групп, которые разрабатывают необитаемые подводные аппараты для наблюдения, атак и диверсий.

Уроки атак и ограничения открытых данных#

В качестве примера возможного применения подводного беспилотника западные СМИ приводили заявления украинской стороны об атаке на российскую дизель-электрическую подводную лодку Черноморского флота в Новороссийске. Служба безопасности Украины утверждала, что для проникновения в гавань и удара по лодке был использован необитаемый аппарат Sub Sea Baby.

Однако доступные материалы не позволяют подтвердить результативность атаки. На спутниковых снимках, которые приводились в качестве доказательства, видны подводная лодка, названная целью, ещё одна лодка у причала с внешней стороны гавани, а также другие корабли. По этим изображениям нельзя установить, получили ли суда повреждения и насколько серьёзными они могли быть. Визуально определить, что аппарат незаметно прошёл в охраняемую гавань и взорвал боевую часть рядом с российской подлодкой стоимостью в сотни миллионов долларов, тоже невозможно: снимки этого не показывают.

Изображение: спутниковый снимок гавани после заявленной атаки.

В публикациях упоминался и стоп-кадр видеозаписи предполагаемой атаки, однако сам по себе он не разрешает вопросов о произошедшем. Потерь в составе 4-й отдельной бригады подводных лодок Черноморского флота не числилось. При этом проникновение необитаемого подводного аппарата в акваторию в принципе возможно, а имеющихся открытых материалов недостаточно, чтобы независимо установить детали эпизода.

Защита от подводных аппаратов сложнее, чем противодействие многим воздушным беспилотникам: их труднее обнаружить и уничтожить. Центральное командование США (CENTCOM) сообщало об успешном перехвате воздушных аппаратов-камикадзе ещё в 2021 году. Примерно в тот же период, по сообщениям Times of Israel, ХАМАС применял необитаемые подводные аппараты, пытаясь атаковать военно-морские силы Израиля.

В 2021–2022 годах появлялись сообщения о том, что ВМС Израиля уничтожали автономные подводные аппараты на мелководье, а ВВС наносили удары по их операторам. Times of Israel писала, что ХАМАС разрабатывает автономные подводные аппараты уже много лет. Израильские военно-морские специалисты утверждали, что некоторые модели группировки управляются посредством GPS и могут нести до 30 килограммов взрывчатки. Такие аппараты способны угрожать как целям в море, так и объектам на израильском побережье, включая портовую инфраструктуру.

Особое значение подводные беспилотники приобретают в противостоянии крупных держав. В Пентагоне считают, что близкие по возможностям к США противники в этой области могут опережать их. Аппараты, которые самостоятельно проходят большие расстояния под водой, дают владельцу асимметричное преимущество. Удар по кораблю в порту может оказаться проще, чем поиск и атака того же корабля в море. В качестве исторической иллюстрации такого риска приводится Перл-Харбор. Китай, со своей стороны, в последние годы вкладывал значительные средства в разработку подводных беспилотных систем.

Изображение: китайские аппараты HSU001 на военном параде в Пекине 1 октября 2019 года, посвящённом 70-летию основания Китайской Народной Республики.

От гидрофонов к модульным сенсорным сетям#

В отчёте Береговой охраны США отмечается: «Существуют эффективные технологии, позволяющие обнаруживать и отслеживать необитаемые подводные аппараты, но систем защиты от них и смягчения их воздействия, прошедших испытания и внедренных в эксплуатацию, немного».

Технологии наблюдения решают две основные задачи. Первая — раннее обнаружение и сопровождение аппаратов на больших пространствах. Вторая — защита прибрежных зон и гаваней, где подводные беспилотники могут быть особенно опасны.

Исторически США обеспечивали широкое подводное наблюдение с помощью крупных стационарных сетей гидрофонов. Такие системы дороги в установке, эксплуатации и обслуживании. Кроме того, их изначально создавали для поиска крупных подводных лодок, а не небольших беспилотных аппаратов.

Известный пример — сеть гидроакустического наблюдения SOSUS, созданная ВМС США в годы холодной войны. Часть её элементов продолжает работать, но сегодня система используется преимущественно в научных целях, а не для слежения за иностранными подводными лодками. В значительной степени SOSUS сменила интегрированная система подводного наблюдения IUSS (Integrated Undersea Surveillance System). В её состав входят стационарные антенные решётки, надводные корабли с буксируемыми гидролокаторами и береговые центры обработки данных.

Параллельно появляются более мобильные решения. Компания Anduril разработала Seabed Sentry — систему, которую можно быстро развернуть. Она строится на сети небольших сравнительно недорогих модульных сенсорных узлов, предназначенных для обнаружения подводных угроз и отслеживания их перемещений.

Anduril сотрудничала с компанией Ultra Maritime, применяющей развёртываемую гидроакустическую систему Sea Spear. Последнюю версию комплекса показали на учениях ВМС Lanternfish. В них участвовали американские ВМС, подразделения Министерства обороны Великобритании по обезвреживанию взрывоопасных предметов, операторы необитаемых подводных аппаратов Королевских ВМС Австралии и представители оборонной промышленности. Одной из целей мероприятия было проверить совместимость систем и участников.

Изображение: Андурил «Тревор Даллтон».

Испытания защиты гаваней#

В прошлом месяце Центр надводных боевых действий ВМС США в Панама-Сити (Naval Surface Warfare Center, NSWC) вместе с Группой беспилотных подводных аппаратов One (Unmanned Undersea Vehicle Group, UUVGRU One) провёл многонациональную демонстрацию по защите гавани. В NSWC сообщили, что мероприятие прошло в рамках учений Baltic Operations (BALTOPS) 2026 и было призвано показать, как новые технологии могут помочь в охране объектов ВМС.

На демонстрации проверяли три разработки: мобильную воздушную завесу, защитную сеть из искусственных водорослей и заряды, предназначенные для нейтрализации морской воды и противодействия подводным аппаратам.

Мобильная воздушная завеса представляет собой быстро развёртываемую подводную систему. Она должна защищать важные объекты, расположенные ниже поверхности воды, например днища кораблей, уязвимые для подводного воздействия. Предполагается, что завесу можно применять на военно-морских базах и других военных объектах, а также в портах и гаванях. Система насыщает воду воздухом, что потенциально влияет на работу датчиков глубины и акустических сенсоров, плавучесть и движение беспилотного аппарата.

Старший инженер-электрик NSWC в Панама-Сити Хави Хандал объяснил задачу испытаний так: «Мы тестируем воздушную завесу, чтобы понять, как она влияет на работу датчиков необитаемых подводных аппаратов. Это быстрое и простое в развертывании решение».

Пока не опубликованы подробные данные о том, насколько эффективно пузырьковая завеса может сбивать с толку датчики подводных аппаратов. Поэтому делать выводы о её практической результативности преждевременно.

Изображение: техник-электронщик, навигатор подводной лодки 1-го класса Кеннет Мангахас (слева) и помощник торпедиста 1-го класса Херардо Гонсалес из UUVGRU One готовят к запуску аппарат Iver3 во время BALTOPS 2026. Снимок сделан 10 июня 2026 года в Лиепае, Латвия.

BALTOPS 2026 стали первыми учениями в регионе Балтийского моря, сосредоточенными на морской тематике. Они предоставили участникам возможность отработать комплексные действия, важные для свободы судоходства и безопасности на Балтике. Одновременно Береговая охрана США побуждает промышленность разрабатывать и испытывать другие средства противодействия подводным беспилотникам.

Обнаружить — ещё не значит обезвредить#

Выявление аппарата — только начальная стадия борьбы с угрозой. Для полноценной защиты необходимы средства, способные нейтрализовать обнаруженную цель. Разработка и внедрение таких систем могли бы укрепить морское доминирование, повысить безопасность портов и защиту критической инфраструктуры. Но этот эффект будет возможен лишь в том случае, если США действительно создадут и примут на вооружение эффективные средства противодействия автономным подводным аппаратам.

Береговая охрана неоднократно заявляла, что заинтересована прежде всего в решениях, проверенных в реалистичных условиях. Ведомство ориентируется на технологии с уровнем готовности TRL 5 или выше. По определению Пентагона, TRL 5 означает, что основные технологические компоненты объединены с достаточно реалистичными вспомогательными элементами и могут испытываться в смоделированной среде. Пример такого этапа — лабораторная интеграция компонентов с высокой степенью достоверности.

Запрашиваемые разработки должны помогать охранять порты, водные пути и прибрежные районы и учитывать особые условия применения беспилотных подводных аппаратов в этих местах. Береговая охрана рассматривает сенсорные платформы, кинетические средства и комплексные решения для реагирования. Они должны работать надёжно в реальной обстановке, масштабироваться и адаптироваться к уже имеющимся средствам обнаружения. Кроме того, потребуются варианты конфигурации для разных портов.

Единого проекта для всех гаваней может быть недостаточно: каждый порт имеет собственную инфраструктуру, поэтому системы защиты, вероятно, придётся адаптировать к особенностям конкретного объекта.

Масштаб задачи и ограничения Береговой охраны#

Американская Береговая охрана намерена дополнить существующую защиту портов средствами борьбы с подводными беспилотниками. Опыт мировых конфликтов и испытаний показывает, что угроза реальна и продолжает расти. В распоряжении потенциальных противников появляются автономные аппараты, которые трудно обнаружить и обезвредить, можно запускать на значительном удалении, а в перспективе — применять согласованно.

Однако сама постановка задачи не означает, что у ведомства уже есть готовый ответ. Береговая охрана изначально создавалась для решения иных задач, и остаётся открытым вопрос, какими именно средствами она сможет противостоять новой угрозе.

Особенно сложной выглядит защита крупных военно-морских баз, включая Норфолк и Сан-Диего. Они уязвимы для атак с моря и из-под воды, а действующих оборонительных систем, способных полностью закрыть такие объекты, пока нет. Дополнительная сложность заключается в том, что рядом с военными кораблями постоянно перемещаются коммерческие и гражданские суда.

В США признают, что Береговая охрана отвечает за охрану портов и побережья, но ей не хватает технологий, руководящих механизмов и бюджета, чтобы быстро решить проблему в национальном и международном масштабе. В этом смысле задача напоминает очередную попытку догнать развитие угроз.

Представление о потенциальном масштабе риска дают сведения, доступные через Google о кораблях в портах Норфолка и Сан-Диего. Там находятся два авианосца, шесть десантно-вертолётных кораблей-доков, девять амфибийных транспортов, десять кораблей прибрежной зоны, двадцать эсминцев, четырнадцать судов снабжения и восемь подводных лодок.

Даже повреждение радаров AEGIS на эсминцах могло бы осложнить выход других кораблей в море: авианосцы, десантно-вертолётные корабли-доки и амфибийные транспорты не смогли бы рассчитывать на защиту эсминцев в открытом море. Поэтому охрана кораблей непосредственно в портах должна быть одним из приоритетов флота. Пока же эта концепция обороны остаётся в стадии разработки. Корабли у причалов уязвимее, чем в море, особенно при внезапном нападении, когда они не могут полноценно обороняться. Удар Японской империи по Перл-Харбору утром 7 декабря 1941 года стал историческим примером такой уязвимости; Китай внимательно изучал этот опыт.

Среди препятствий для создания американской системы портовой обороны выделяют три проблемы.

Первая — нехватка подходящих кораблей. Единственными кораблями с противолодочными возможностями, которые можно было бы привлечь к охране портов, являются эсминцы типа «Арли Бёрк». Но такое решение было бы чрезмерным использованием специализированных боевых кораблей. Кроме того, если эсминцы направить на охрану гаваней, кто будет сопровождать авианосные группы?

Вторая проблема связана с износом кораблей. К моменту завершения службы в ВМС многие суда уже сильно изношены. Даже после серьёзной модернизации списанные эсминцы Береговая охрана не сможет использовать для продолжительных походов. Например, они не смогут участвовать в защите Гуама. Для решения задачи понадобились бы новые корабли, а их закупка потребовала бы значительных расходов.

Третья трудность — несоответствие эсминцев широкому спектру задач Береговой охраны. Такие корабли создавались прежде всего для военных операций и слишком специализированы для повседневной работы службы.

При этом развитие технологий может позволить обойтись без крупных кораблей. Противолодочные задачи всё чаще решаются с помощью вертолётов, воздушных беспилотников, безэкипажных надводных судов и необитаемых подводных аппаратов. Для защиты портов и прибрежных районов, включая борьбу с подводными беспилотниками, крупные корабли могут оказаться не обязательны. Береговой охране особенно интересны комплексы, которые можно размещать на берегу или использовать с небольших катеров, поскольку речь идёт об охране портов, а не о действиях в открытом океане.

Береговая линия США составляет около 20 000 километров. В стране более 500 портов и 128 военно-морских баз. Такая география показывает, что создание защиты потребует не одного универсального решения, а масштабируемой системы, способной учитывать особенности каждого объекта.