К-24: дизельный ракетоносец против авианосных соединений#

С берега в Пенемюнде сначала видны четыре длинных контейнера на палубе, а уже затем — рубка. На ограждении написано U-461. В советском флоте лодки не обозначали буквой U, но цифры знакомы: в конце службы Б-24 носила номер 461. Прежде корабль был К-24, ракетной подводной лодкой проекта 651, предназначенной для борьбы с американскими авианосными соединениями. Теперь посетители проходят по её отсекам как по музейной экспозиции.

Вооружение К-24 позволяло атаковать крупные надводные корабли на расстоянии в сотни километров. Для начала 1960-х годов это была дальность, недоступная торпедным подводным лодкам.

Корабль заложили 15 октября 1961 года на горьковском заводе «Красное Сормово». Спустя 65 лет его судьба позволяет рассмотреть, зачем советскому флоту потребовались крупные дизельные ракетоносцы, несмотря на появление атомных подводных лодок, и какой ценой давались новые возможности нанесения ракетного удара.

Почему понадобился отдельный ракетный проект#

К концу 1950-х годов советский ВМФ уже располагал подводными лодками с крылатыми ракетами. Их создавали на основе дизельных торпедных субмарин проекта 613, переоборудуя по проектам 644 и 665. Такой подход позволял получить ракетоносцы быстрее, но исходные корпуса не были рассчитаны на размещение ракетных контейнеров, систем управления и дополнительного оборудования. Новые устройства занимали пространство, необходимое механизмам и запасам.

Проект 651 изначально разрабатывался как носитель ракет. Работы вело ЦКБ-18 под руководством главного конструктора А. С. Кассациера. Технический проект утвердили в 1959 году. Предполагаемой целью были американские авианосные соединения, способные наносить удары далеко от советского побережья. Крылатые ракеты имели преимущество перед торпедами по дальности, поэтому флоту требовалось нарастить число их носителей.

Одновременно строились атомные подводные лодки проекта 675. Они могли нести восемь ракет П-6 против четырёх на проекте 651, а по длительности подводного плавания и свободе манёвра атомоходы значительно превосходили дизельные корабли. Однако для массового строительства атомных субмарин требовались специализированная промышленная база, сложные энергетические установки и подготовленные кадры. Быстро расширить производство таких кораблей было невозможно. Дизельные же лодки могли строить предприятия, уже имевшие опыт обычного подводного кораблестроения.

Первые две субмарины проекта построил Балтийский завод в Ленинграде. Головную лодку, К-156, заложили 16 ноября 1960 года. Основную часть серии — четырнадцать кораблей, начиная с К-24 заводского номера 511, — строило «Красное Сормово». Всего флот получил шестнадцать ракетоносцев проекта 651. Изначально планировалась более крупная серия, однако по мере развития атомного подводного флота от неё отказались.

советская дизель-электрическая ракетная подводная лодка проекта 651 в море, 1986 год

Четыре ракеты и две системы управления#

К-24 была крупной для своего класса: длина составляла 85,9 метра, надводное водоизмещение — около 3200 тонн, экипаж — примерно 80 человек. Прочный корпус делился на восемь отсеков, в которых размещались энергетическая установка, аккумуляторы, корабельное оборудование, жилые помещения и запасы.

Помимо ракет лодка имела шесть носовых торпедных аппаратов калибра 533 мм и четыре кормовых калибра 400 мм. Основное ракетное вооружение состояло из четырёх крылатых ракет в герметичных контейнерах, расположенных снаружи прочного корпуса.

Первоначально проект предусматривал применение двух типов ракет: П-5 предназначалась для поражения стационарных береговых объектов, П-6 — надводных кораблей. Для них установили разные системы управления: «Север-А-651У» и «Аргумент».

транспортно-пусковые контейнеры крылатых ракет на подводной лодке К-24 в Пенемюнде

Переключение между ракетами не было быстрым. Из-за различий в бортовых разъёмах и оборудовании переход с одного типа на другой занимал двое-трое суток. В 1966 году ракеты П-5 сняли с лодок проекта, после чего их задача свелась к борьбе с надводными кораблями.

Контейнеры располагались парами: одна пара перед ограждением рубки, другая — позади. Перед пуском контейнеры поднимали под углом 15 градусов, открывали крышки и выполняли подготовительные операции. На практике даже организовать последовательный запуск четырёх ракет оказалось непросто.

Во время испытаний выяснилось, что раскалённые газы стартующей ракеты могут попадать в воздухозаборник двигателя соседней, ещё ожидающей запуска. Из-за этого нарушался воздушный поток, повышалась температура и снижались обороты двигателя. В результате он мог остановиться. Специальные исследования помогли определить порядок пусков и необходимые интервалы между ними, чтобы ракеты не мешали работе друг друга.

Совместные испытания комплекса П-6 с головной лодкой проекта прошли с октября по декабрь 1963 года. Состоялись три успешных пуска. Согласно книге В. П. Кузина и В. И. Никольского «Военно-Морской Флот СССР. 1945–1991», все три ракеты поразили корабль-мишень. При этом мишень двигалась без охранения и без прикрытия авиации — в боевой обстановке такие средства могли бы усложнить атаку.

Как ракета выбирала цель#

Дальность полёта П-6 достигала 400 километров. На таком удалении подводная лодка не могла самостоятельно обнаружить соединение. Данные о нём поступали от разведывательной авиации через аппаратуру «Успех-У».

Получить сведения о местоположении кораблей было недостаточно. Пока готовился удар, соединение продолжало двигаться. Командиру ракетоносца требовалось определить конкретную цель и обеспечить наведение ракеты.

антенна системы управления противокорабельными ракетами «Аргумент» на музейной К-24

Эти задачи решала система «Аргумент». После старта П-6 двигалась к заданному району с помощью бортовой системы управления. На определённом участке включался радиолокационный визир, сведения с которого передавались на подводную лодку.

Оператор получал радиолокационное изображение, сформированное аппаратурой ракеты. Среди отметок нужно было распознать назначенный корабль и передать команду на захват цели. После этого ракета самостоятельно наводилась на неё с помощью головки самонаведения.

Старшина команды управления крылатыми ракетами Максим Вольнов служил на К-85 того же проекта и описал порядок работы в воспоминаниях. Командир указывал цель, Вольнов наводил ракету и отдавал команду «захват».

Наиболее заметной частью комплекса была антенна площадью около десяти квадратных метров. Она имела почти плоскую форму, выступающий обтекатель излучателей и устанавливалась на поворотной мачте в передней части ограждения рубки. Когда антенну не использовали, её убирали внутрь ограждения.

В воспоминаниях Вольнова сохранилась и бытовая подробность: во время похода по Средиземному морю он и товарищ загорали на плоскости антенны, расстелив два матраса. Эта деталь дополняет представление о масштабах аппаратуры, установленной на ранних советских ракетоносцах с возможностью избирательного наведения.

Радиокомандная система позволяла выбрать нужный корабль среди нескольких целей. Для удара по авианосному соединению это было принципиально: целью должен был стать не случайный корабль охранения, а наиболее важный объект. Предусматривался и автономный режим, но в нём возможности выбора конкретной цели были ограниченнее. Полноценная работа «Аргумента» требовала поддерживать связь с ракетой до окончания соответствующего этапа наведения.

За точное управление приходилось платить временем. После залпа лодка не всегда могла сразу погрузиться: сначала нужно было завершить наведение оружия. Тем временем радиолокационные и противолодочные средства соединения могли вести поиск подводной лодки. Таким образом, ракета позволяла атаковать с большого расстояния, но её применение осложняло сохранение скрытности.

С подобной проблемой сталкивались и американские моряки. Дизельная подводная лодка USS Growler несла ракеты Regulus, предназначенные главным образом для ядерных ударов по береговым целям. При ином применении всплытие также делало её уязвимой.

Батареи и корпусные материалы#

Дизель-электрическая подводная лодка использует под водой аккумуляторный запас энергии. Чем он больше, тем дольше корабль может обходиться без запуска дизелей, которым необходим доступ наружного воздуха.

Для проекта 651 предусмотрели серебряно-цинковые аккумуляторные батареи. По энергоёмкости они существенно превосходили обычные свинцово-кислотные. При экономичной подводной скорости 2,8 узла лодка с серебряно-цинковыми батареями могла пройти до 810 миль, а со свинцово-кислотными — около 350. Различалась и максимальная подводная скорость: 18,1 узла против 14,5 соответственно.

Для ракетоносца, которому требовалось скрытно выйти в район применения оружия, разница была значительной. Однако проектные показатели оказалось непросто обеспечить в серийной эксплуатации. В. Ильин и А. Колесников писали в журнале «Техника и вооружение» (№ 5–6 за 2000 год), что с четвёртой лодки пришлось перейти на обычные свинцовые аккумуляторы. Сначала сказался дефицит серебра, затем — трудности эксплуатации. В итоге серебряно-цинковыми батареями оснастили только три корабля.

Необычным было и решение по материалу лёгкого корпуса. По сведениям тех же авторов, первые пять субмарин проекта получили конструкции из маломагнитной стали, снижавшей заметность лодок по магнитному полю. Но этот материал затруднял производство, а позднее обнаружилась его склонность к коррозионному растрескиванию. На следующих кораблях применяли обычную корпусную сталь.

И батареи, и маломагнитная сталь обещали преимущества, но требовали дефицитных материалов, сложного изготовления или обслуживания. Поэтому часть первоначальных решений пришлось пересмотреть, чтобы серию можно было строить и эксплуатировать.

Служба К-24 и походы в Средиземное море#

К-24 спустили на воду 15 декабря 1962 года. В строй она вошла 31 октября 1965-го, после чего отправилась на Северный флот, в 35-ю дивизию подводных лодок. Хронология её службы приведена в корабельном справочнике Deepstorm и отражает особенности эксплуатации крупных дизельных ракетоносцев.

советская подводная лодка проекта 651 рядом с плавбазой «Виктор Котельников», залив Соллум, октябрь 1984 года

С августа 1971-го по февраль 1972 года К-24 находилась на боевой службе в Средиземном море. На борту был второй экипаж — К-203, которым командовал капитан 2-го ранга В. И. Ерёмин. Старшим похода являлся капитан 1-го ранга А. Г. Бекетов. Во время плавания лодка заходила в египетскую Александрию.

Использование сменного экипажа предполагало, что подготовленные подводники принимали другой корабль того же проекта и выполняли на нём поставленные задачи. Для этого требовались единая подготовка и хорошее знание оборудования: ракетоносец был сложным комплексом, а ошибка при обслуживании механизмов могла поставить под угрозу весь поход.

25 июля 1977 года К-24 получила обозначение Б-24. После капитального ремонта, завершившегося в 1981 году, лодку перевели на Балтику. По внутренним водным путям её перевозили в плавучем доке: сначала до Кронштадта, затем до Лиепаи.

В 1983 году Б-24 снова отправилась в дальний поход. Сначала она прошла через Северное море, затем несла боевую службу в Средиземном море под командованием капитана 1-го ранга В. А. Чулкова. Старшим на борту был капитан 1-го ранга В. А. Денисенков.

Во время этой службы понадобился межпоходовый ремонт. Лодка зашла в ливийский Тобрук, где находилась советская плавмастерская ПМ-24. Даже ракетоносец с автономностью до 90 суток нуждался в ремонте и снабжении. Возможность подойти к плавмастерской, устранить неисправности и продолжить службу была важной частью дальних походов и военно-морского присутствия.

В 1984 году Б-24 вновь действовала в Средиземном море. Командиром был Чулков, старшим на борту — капитан 1-го ранга В. А. Бобровский. По итогам похода экипаж получил вымпел министра обороны СССР «За мужество и воинскую доблесть». Затем последовали боевые службы 1985 и 1986 годов.

К этому времени проект 651 уже уступал новым атомным подводным ракетоносцам по ряду важных характеристик. Тем не менее Б-24 продолжала выполнять задачи флота — от первых лет развития советских ракетных подводных сил до заключительного периода холодной войны.

Как оценить значение проекта#

К концу 1970-х ограничения проекта 651 всё заметнее влияли на его перспективы. Атомные лодки имели гораздо больше возможностей для подводного манёвра, а новые ракетные комплексы позволяли наносить удары, не всплывая.

На этом фоне К-24 с дизельной энергетической установкой и необходимостью всплыть перед пуском выглядела устаревшей. Однако оценивать её только с позиции более позднего времени недостаточно. Проект разрабатывали в конце 1950-х, когда атомное подводное кораблестроение лишь набирало темп. В тех условиях дополнительная серия дизельных ракетоносцев имела и военное, и промышленное значение.

Корабли проекта не остались экспериментальными образцами: они десятилетиями ходили в дальние моря, поддерживали присутствие советского ВМФ и обеспечивали боеготовность ракетного оружия.

Совершенным решением проект 651 не был. Дизельная энергетика ограничивала длительность скрытного плавания, особенности П-6 затрудняли применение оружия, а часть перспективных конструктивных идей пришлось пересмотреть. Но уже в начале 1960-х флот получил дополнительные ракетные силы, которыми мог располагать, не дожидаясь завершения более сложных программ.

Современные крылатые ракеты, в том числе семейство «Калибр», запускаются с подводных лодок из подводного положения. Проблему всплытия перед стартом удалось преодолеть. При этом обнаружение движущейся морской цели и передача данных для нанесения удара по-прежнему остаются отдельными задачами.

Значение проекта 651 определялось не одной цифрой дальности или скорости. Советские конструкторы создали работоспособный носитель нового противокорабельного оружия, опираясь на доступные производственные возможности. Более совершенные корабли появились позднее и решали уже иную задачу.

Музейная служба в Пенемюнде#

30 июня 1993 года Б-24 вывели из боевого состава российского ВМФ. Лодка оставалась в Лиепае, а в следующем году покинула её уже не для боевого похода, а после продажи новым владельцам.

В июле 1994 года корабль приобрела датская частная фирма и перевела его в Копенгаген. Там бывший ракетоносец использовали как туристический объект. После очередной продажи, в декабре 1998 года, лодку буксировали в немецкий Пенемюнде. Весной следующего года её открыли для посещения под обозначением U-461.

Номер 461 сохранился с конца советской службы Б-24. Буква U появилась уже в музейном обозначении: в германском военно-морском флоте лодка не служила.

Пенемюнде известно как один из центров немецкой ракетной программы периода Второй мировой войны. Теперь здесь экспонируется советский подводный ракетоносец другой военно-технической эпохи. Посетители проходят по бывшим отсекам К-24, осматривают оборудование и условия размещения экипажа. Отдельный интерес представляют рубка и расположенные рядом контейнеры: каждый из них прежде вмещал тяжёлую крылатую ракету.

В начале 1960-х годов именно четыре контейнера были главным достижением проекта. Ради их размещения создавали крупный корпус, разрабатывали системы управления и осваивали новое оборудование. Ракеты могли уходить отсюда к целям за сотни километров, а экипажу предстояло обеспечить подготовку и наведение оружия, сохраняя боеспособность корабля.