Иллюстрация: бомбардировщик Ту-2#

Ту-2: как спор о четырёхмоторном пикировщике стал испытанием для КБ Туполева#

История создания Ту-2 началась в конце 1930-х годов, когда Андрей Николаевич Туполев и его сотрудники работали в тюремном конструкторском бюро. Спор о будущем самолёте развернулся между инженерным расчётом и замыслом руководителя НКВД Лаврентия Берии, который заручился поддержкой Сталина. Конструкторам предлагали отказаться от сравнительно компактного двухмоторного бомбардировщика и создать дальний высотный пикировщик с четырьмя двигателями.

Этот эпизод описал Леонид Кербер в мемуарах «Туполевская шарага». Воспоминания охватывают годы работы Туполева и репрессированных сотрудников в тюремном ОКБ в 1930-е и 1940-е годы.

Замысел самолёта в Бутырской тюрьме#

По словам Туполева, идея пикирующего бомбардировщика возникла у него вскоре после ареста и заключения в Бутырскую тюрьму. Самолёт должен был стать ответом немецкому Ju 87. Конструктор рассчитывал, что машина сможет нести немного бомб, но крупного калибра, и при этом развивать скорость выше, чем у тогдашних истребителей.

Работа над чертежами шла в тяжёлых условиях. Сотрудники чертили с утра до ночи, пользуясь досками, разложенными на шатких столах. Многие из них незадолго до этого прошли допросы и пытки. Атмосферу вокруг коллектива Кербер сравнивал с «железнодорожным вокзалом во время стихийного переселения».

Первоначально самолёт получил обозначение АНТ-58. Его экипаж состоял из трёх человек. В носовой части предполагалось разместить четыре пулемёта ШКАС и две пушки ШВАК. В центроплане находился длинный бомбовый отсек, рассчитанный на трёхтонную бомбу. Передний край люка был скошен, чтобы бомба могла выйти при почти отвесном пикировании.

За бомбоотсеком располагались места штурмана и стрелка. В их распоряжении были два пулемёта: один установлен сверху, другой снизу. Фюзеляж сделали очень узким: его миндалевидное поперечное сечение в верхней части охватывало плечи пилота, а в нижней — размещённую внутри бомбу. По расчётам Туполева, два двигателя мощностью по 750–800 л. с. позволили бы получить скорость примерно 600–630 км/ч.

В КБ время от времени появлялись сотрудники НКВД. Они осматривали эскизы и уходили, не задавая вопросов и не комментируя увиденное.

Иллюстрация: немецкий пикирующий бомбардировщик Ju 87#

Требование Берии: ПБ-4#

Однажды ночью Туполева без предупреждения увезли в Москву. Через сутки он вернулся в «шарагу» раздражённым и сообщил, что через три дня предстоит доклад о проекте. На встречу вместе с ним отправились два конструктора — Егер и Френкель; они взяли с собой чертежи.

Доклад проходил у Берии. Выслушав Туполева, глава НКВД сообщил, что уже представил его предложения Сталину. По его словам, Сталин согласился с тем, что стране нужен не АНТ-58, а высотный дальний пикирующий бомбардировщик с четырьмя двигателями — ПБ-4. Берия сформулировал задачу так: «Мы не собираемся наносить булавочные уколы, — он ткнул пальцем в чертеж АНТ-58, — нет, мы будем громить зверя в его берлоге». Подготовить предложения по новому самолёту требовалось за месяц.

Туполев считал четырёхмоторный пикировщик технически неудачной идеей. Высотной машине понадобилась бы герметичная кабина, ограничивавшая обзор. Кроме того, надёжное оборонительное вооружение установить было бы сложно: дистанционно управляемого оружия в СССР в то время не существовало. Четыре двигателя и большая дальность означали крупные размеры и низкую манёвренность. Такой самолёт оказался бы удобной целью для зенитной артиллерии и мало подходил для пикирования. Его крупносерийное производство, к тому же, было бы дорогим.

Конструкторы полагали, что замысел ПБ-4 продиктован стремлением создать «царь-пикировщик» — машину, которая превзошла бы немецкие и американские одномоторные самолёты.

Почему инженеры настаивали на АНТ-58#

Вернувшись в конструкторское бюро, Туполев собрал инженеров. Он опасался, что Берия уже убедил Сталина и тому будет трудно отказаться от проекта ПБ-4. Чтобы изменить решение, требовались не только возражения, но и подробные технические аргументы — общий вид самолёта и весовые расчёты. Туполев считал, что Сталин, хотя и не был специалистом-инженером, способен трезво оценить техническую сторону вопроса.

В докладной записке коллектив изложил несколько доводов. Дальний тяжёлый четырёхмоторный бомбардировщик уже существовал: это был АНТ-42, будущий Пе-8. Чтобы наносить удары по целям в глубине территории противника, считали конструкторы, следовало наладить его серийное производство.

Иная задача стояла перед пикировщиком. Такой самолёт должен был быть небольшим и пригодным для массового выпуска, поскольку потери среди машин этого типа неизбежно были бы высокими. Для точного прицеливания в пикировании требовалась манёвренность, а её проще было обеспечить у компактного самолёта. Туполев гарантировал указанные им характеристики АНТ-58, но не мог ручаться за параметры, которых требовал проект ПБ-4.

Иллюстрация: тяжёлый бомбардировщик Пе-8, созданный на основе проекта АНТ-42#

Решение после трёх дней ожидания#

Через месяц Туполева одного доставили на Лубянку. В КБ его ждали три дня, не зная, чем закончится встреча. Вернувшись, он рассказал, что доклад вызвал раздражение Берии. Тот заявил, что «они со Сталиным разберутся».

Затем Туполев провёл сутки в одиночной камере. После этого его снова вызвали к Берии. Тот сказал: «Так вот, мы с товарищем Сталиным еще раз ознакомились с материалами». Сталин решил, что на первом этапе нужно строить двухмоторный самолёт. К проекту ПБ-4 предписывалось вернуться после завершения этой работы.

Для Туполева и его коллектива это означало, что удалось отстоять первоначальный замысел. При этом Берия добавил к расчётным характеристикам свои требования: вместо скорости 600 км/ч он назвал 700 км/ч, вместо дальности 2000 км — 3000 км, а бомбовую нагрузку увеличил с трёх до четырёх тонн. После этого Туполева отпустили, назвав его «гражданином Туполевым».

Позднее, уже после выхода конструкторов из тюрьмы, Туполев говорил соратникам, что считал этот исход единственным способом спасти всё КБ. По его мнению, если бы коллектив взялся за ПБ-4, военные в итоге забраковали бы самолёт, а Берия мог бы объявить неудачу вредительством и использовать это как оправдание собственных действий.

Кербер завершил описание эпизода словами: «Чудовищное напряжение сменилось чувством облегчения, душевной свободы, мир показался опять розовым. Люди вздохнули, в глазах появилась жизнь, появились интересы».

Иллюстрация: пикирующий бомбардировщик, который, по расчёту Туполева, должен был быть компактным и массовым