
К последнему поколению советских основных танков обычно относят сразу три машины — Т-64, Т-72 и Т-80. К моменту распада Советского Союза все они состояли на вооружении и обладали близкими боевыми возможностями. Для неспециалиста эти танки могли выглядеть почти одинаково, хотя их ходовые части принципиально различались.
Причина такого положения восходит к истории Т-64 — танка, принятого на вооружение в 1966 году. Он стал базой для последующих разработок, однако его создание сопровождалось серьёзными техническими трудностями. В первую очередь проблемы возникли с новым двухтактным дизельным двигателем 5ТДФ.
Поэтому Нижнему Тагилу поручили подготовить вариант танка с двигателем В-45. Основой для этой силовой установки послужил двигатель В-2, разработанный ещё в 1930-х годах в Харькове для танка Т-34. Ленинград получил задачу создать модификацию Т-64 с газотурбинным двигателем.
Различия в силовых установках, производственных возможностях и подходах конструкторских коллективов постепенно привели к появлению трёх вариантов ходовой части. В результате на вооружении оказались три машины, которые формально считались самостоятельными танками, хотя все они происходили от Т-64.
К середине 1970-х годов развитие упрощённого Т-72 фактически зашло в тупик. По своим характеристикам он заметно уступал другим советским танкам и не рассматривался как полноценный основной танк армии. Производственную документацию передали союзным государствам и зарубежным партнёрам, среди которых были Чехословакия, Польша, Югославия, Индия и ряд других стран.
Одновременно усилилось политическое влияние сторонников Т-80 — министра обороны Дмитрия Устинова и первого секретаря Ленинградского обкома КПСС Романова, который вошёл в состав Политбюро. При их поддержке возникла идея с делать газотурбинный Т-80 основным танком Советской Армии.
Однако технические показатели не давали Т-80 очевидного преимущества. В это же время два танка Т-64 проходили полигонные испытания с новым комплексом управления огнём «Обь» и управляемым вооружением «Кобра». Эти системы значительно повышали огневые возможности машины и создавали заметный разрыв между модернизированным Т-64 и Т-80. В испытаниях участвовал специалист, впоследствии описавший этот этап работ.
Для того чтобы усилить огневую мощь Т-80 и одновременно улучшить его позиции в сравнительных испытаниях, применили простое техническое решение. С одного Т-64 сняли башню и установили её на корпус Т-80. После этого испытания продолжились с двумя машинами, которые внешне и по составу вооружения выглядели как самостоятельные Т-64 и Т-80.
При этом башню переставили с танка, демонстрировавшего несколько лучшие результаты при стрельбе артиллерийскими снарядами. На другой машине точность при интенсивной стрельбе оказалась ниже. Позднее, уже после завершения испытаний, орудие исследовали в ЦНИИТОЧМАШ. Специалисты обнаружили редкий дефект, связанный со структурой металла ствола: при нагреве во время темповой стрельбы ствол уходил вниз и в сторону, из-за чего ухудшались показатели точности.
В итоге на полигоне Т-80 продемонстрировал более высокие результаты по ведению огня. На этом основании его признали более совершенным танком. Тем не менее в 1976 году на вооружение приняли сразу две машины — Т-64Б и Т-80Б.
Одновременное производство трёх танков с близкими характеристиками оказалось слишком дорогим и сложным для промышленности. Устинов решил провести войсковые испытания всех трёх машин. Эти соревнования получили неофициальное название «тараканьи бега».
Результаты оказались ожидаемыми: Т-64Б и Т-80Б показали сопоставимые характеристики, а Т-72 существенно отстал. После этого его перестали рассматривать как перспективный танк для Советской Армии, сосредоточив продвижение машины преимущественно на зарубежных рынках.
Однако проблема двух почти равноценных танков — Т-64Б и Т-80Б — сохранилась. Производить обе машины параллельно было нерационально, и для её решения выбрали новый путь: объединить сильные стороны двух конструкций в одном танке.
Так появился проект Т-80У. Головным разработчиком назначили Ленинград. Там должны были создать корпус с газотурбинным двигателем мощностью 1200 лошадиных сил. Харьковскому конструкторскому бюро поручили разработку башни, нового комплекса вооружения на базе системы управления огнём «Иртыш» и управляемого по лазерному лучу комплекса «Рефлекс».
К этому времени в Харькове уже завершили разработку танка, получившего обозначение объект 476. Он оснащался дизельным двигателем 6ТД мощностью 1000 лошадиных сил. Опытная партия таких машин успешно прошла войсковые испытания.
Тем не менее работы по объекту 476 прекратили и запретили. Основной ставкой тогда считалась газотурбинная силовая установка, поэтому в Харькове начали строить завод для е ё производства. Когда выяснилось, что этот завод не будет востребован по первоначальному назначению, на его площадях организовали выпуск ковров.
Разработка газотурбинного двигателя мощностью 1200 лошадиных сил столкнулась с многочисленными трудностями. Создать установку с такими параметрами не удалось, и конструкторам пришлось остановиться на уже имевшемся двигателе мощностью 1000 лошадиных сил. Даже этот вариант с большим трудом адаптировался к танку.
В связи с возникшими проблемами в 1981 году приняли постановление о разработке Т-80У на базе объекта 476 с дизельным двигателем 6ТД. Эта силовая установка успешно прошла полный цикл полигонных испытаний и не создавала таких сложностей, как газотурбинный двигатель.
Несмотря на результаты испытаний, в 1984 году приняли решение вооружить армию только Т-80У с газотурбинной силовой установкой. Проблемы двигателя при этом не исчезли. Производство танка развернули в Ленинграде и Омске, а в Харькове продолжили завершать строительство и оснащение завода по выпуску газотурбинных установок.
После смерти Устинова в 1984 году и ухода Романова с политической арены влияние сторонников газотурбинного направления резко уменьшилось. В руководстве стали иначе оценивать ситуацию: при наличии сопоставимого танка с более простым и освоенным дизелем 6ТД производство машины с проблемным газотурбинным двигателем сочли неоправданным.
В 1985 году на вооружение приняли Т-80УД с дизельной силовой установкой, а выпуск Т-80У с газотурбинным двигателем прекратили.
До распада Советского Союза в Харькове изготовили около 700 танков Т-80УД. По имеющимся сведениям, эти машины практически не применялись и находятся на базах хранения в России, предположительно ожидая дальнейшего решения своей судьбы.
Как вспоминал начальник ГБТУ Потапов, был подготовлен и одобрен проект постановления о поэтапном переводе предприятий в Харькове, Ленинграде и Омске на выпуск Т-80УД. Однако распад Союза остановил реализацию этого плана, а сам танк оказался за пределами России.
После распада Советского Союза Харьковское конструкторское бюро и завод оказались за границей. Ленинградское конструкторское бюро ликвидировали, Кировский завод приватизировали, а производство танков на нём прекратили. В распоряжении России остались Нижнетагильское конструкторское бюро и завод, причём их основной танк не считался лучшим вариантом для дальнейшего развития. На Омском предприятии сохранялись лишь отдельные остатки танкового производства.
Семейство Т-72 по огневой мощи заметно уступало конкурентам. На протяжении десятилетий его пытались модернизировать и устранить отставание, однако полностью решить проблему не удалось. В конечном счёте на последнюю модификацию этой серии, получившую обозначение Т-90, установили прицельный комплекс от Т-80УД. Впоследствии его дорабатывали и заменяли более современными прицельными системами, а также комплексами наводчика и командира.
В результате современное отечественное танкостроение во многом опирается на советское наследие. Новое поколение танков пока не создано. Перспективный проект «Боксер» после распада Советского Союза свернули и фактически забыли. Российская программа перспективного танка «Армата» также не получила ожидаемого развития и перестала рассматриваться как реализованный прорывной проект.
На полях специальной военной операции обе стороны используют преимущественно различные модификации советских танков. На украинской стороне к ним добавились американские «Абрамсы» и немецкие «Леопарды», которые в рассматриваемом контексте характеризуются как заведомо неперспективные машины.
Комментарии 0