Учения КБФ 1936 года: прогресс ограничен системными сбоями

Учения Краснознамённого Балтийского флота в 1936 году: ограниченный прогресс

Проверка боевой подготовки Краснознамённого Балтийского флота (КБФ) в 1935 году выявила его неспособность эффективно решать задачи, требующие совместного применения кораблей, авиации, береговых частей и других разнородных сил. В 1936 году флот вновь провёл два крупных мероприятия: Большое отрядное учение, посвящённое обороне военно-морских баз, и учебно-боевую операцию, которая должна была проверить действия флота в более сложной обстановке.

Большое отрядное учение 26–27 июля

Большое отрядное учение № 3 состоялось 26–27 июля 1936 года. Как и прежде, его участники были разделены на «синих» и «красных».

Перед «красными», которыми командовал командующий флотом Л. М. Галлер, поставили задачу оборонять базы Кронштадского и Ижорского укреплённых районов. В этих базах находились корабли флота, которым угрожали удары с моря и воздуха. Формулировка задачи выглядела следующим образом:

«Оборона баз Кронштадского и Ижорского укрепрайонов в условиях нахождения в них кораблей флота, от воздушного и морского противника».

«Синие» силы возглавлял командир бригады эсминцев Г. Г. Виноградский. Их задача была противоположной:

«Атака морских баз противника легкими и воздушными силами с целью разрушения их основных объектов и нанесения тяжелых повреждений находящимся в них кораблям противника».

План действий «синих» оказался достаточно последовательным. Сначала они организовали дневную разведку баз, принадлежавших условному противнику. Затем ночью по кораблям, стоявшим в Кронштадте и Ораниенбауме, нанесли удар торпедные катера. Утром последовала атака бомбардировщиков.

Авиации были назначены разные цели. Самолёты, действовавшие против Кронштадта, должны были поразить штаб флота и доки. Бомбардировщики, направленные на маневренную базу в Ораниенбауме, сосредоточились на линкоре, подводных лодках и складах.

Наиболее заметным успехом «синих» стали ночные действия торпедных катеров. При этом остальные эпизоды были сравнительно простыми. Разведка проходила днём, а утренние удары наносились по собственным базам, хорошо знакомым морякам и лётчикам. Тактические схемы не отличались сложностью.

Г. Г. Виноградский не стал организовывать одновременную атаку разнородных сил. Фактически он не располагал возможностью провести такую операцию: даже последовательные удары флота и авиации не были согласованы между собой. На разборе учений это обстоятельство отметили отдельно.

Итог выглядел следующим образом: отдельные соединения КБФ могли в назначенное время наносить простые удары по заранее известным объектам, не требовавшие сложной координации. Торпедные катера продемонстрировали способность действовать ночью. Однако полноценного взаимодействия между кораблями и авиацией добиться не удалось.

Проблемы обороны баз

Состояние «красных» оценили ещё хуже. Одной из главных причин стала формальная трактовка обязанностей командирами кораблей и соединений.

Корабли и береговые подразделения КБФ имели инструкции по охране якорных стоянок. Эти документы были изучены, а во время учений их положения формально выполнили. Однако инструкции предназначались для мирного времени и предусматривали лишь наблюдение, оповещение и отражение нападения.

Подобный порядок был рассчитан на то, что дальнейшие решения командование примет в зависимости от характера угрозы. Нападение финских военно-морских сил требовало бы одного варианта действий, а появление британской эскадры — совершенно другого. Описать все возможные сценарии в едином документе было невозможно, поэтому после выполнения первичных мероприятий командование должно было самостоятельно реагировать на обстановку.

На учениях этого не произошло. «Красные» полностью выполнили инструкцию и фактически сочли свою работу завершённой. Дополнительные боны и сети не устанавливались, заграждения не усиливались, а попыток атаковать условного противника на отходе не предпринималось.

Руководство учения признало исполнение инструкций положительной стороной, но одновременно подвергло «красных» критике за пассивность. Проблемы обнаружились и в организации противовоздушной обороны маневренной базы в Ораниенбауме. Там выявили нарушения связи, недостатки в обеспечении, слабую организацию медицинской помощи и в целом низкий уровень подготовки личного состава.

Проверка показала, что командиры подразделений ПВО систематически не исполняли свои обязанности и не занимались должной подготовкой подчинённых. Кроме того, сухопутные части и флот не отрабатывали совместную оборону баз.

Управление фактически ограничивалось пределами отдельных соединений. Кронштадтская и Ораниенбаумская базы действовали независимо друг от друга, не согласовывали свои решения и не информировали соседнюю базу или корабли флота о предпринимаемых действиях. Морской дозор и охрана рейда в результате существовали раздельно и не имели устойчивой связи.

Разбор показал, что оборона баз была отработана только в самом элементарном варианте. Личный состав при этом недостаточно понимал личную ответственность за организацию защиты объектов.

Учебно-боевая операция 29–30 сентября

Вторая крупная проверка состоялась 29–30 сентября 1936 года. Учебно-боевая операция (УБО) продолжалась двое суток и имела значительно более сложный замысел.

Балтийскому флоту предстояло отработать встречное столкновение двух крупных группировок. Каждая из них одновременно решала задачу, связанную с десантной операцией.

«Синие» изображали агрессора. В их распоряжении находился крупный отряд транспортов, который прикрывала мощная эскадра, включая линейные корабли. Перед этой стороной поставили три основные задачи:

1. Провести войсковые транспорты в порт под активным противодействием «красных». Речь шла именно о проводке, без высадки десанта.
2. Не допустить высадки десанта, организованной «красными».
3. Выполнить собственную демонстрационную высадку, чтобы отвлечь внимание противника.

Командование «синими» поручили коменданту Ижорского укреплённого района комбригy С. И. Воробьёву. Кораблями флота в составе этой группировки руководил флагман 2-го ранга С. П. Ставицкий.

«Красные» должны были одновременно решить более широкий комплекс задач:

1. Обнаружить и уничтожить оба отряда «синих» — транспортный караван и прикрывающую его эскадру.
2. Сорвать высадку десанта «синих».
3. Захватить два объекта: один с помощью морского десанта, второй посредством воздушного десанта.

Общее руководство «красными» осуществлял командующий флотом Л. М. Галлер. Он же руководил операцией в целом. Непосредственное командование эскадрой «красных» возложили на Г. Г. Виноградского.

В ходе УБО планировалось проверить способность штабов уничтожать вражеские корабельные группировки во время проведения собственных десантных операций. Отдельно оценивались взаимодействие линкоров, эсминцев и торпедных катеров в морском бою, готовность авиации флота действовать совместно с сухопутными воздушными силами Ленинградского военного округа, а также организация разведки и управления ею.

По сравнению с предыдущим годом задачи стали значительно сложнее. В УБО 1935 года действия кораблей и самолётов в значительной степени были расписаны заранее. В 1936 году от командиров ожидали большей самостоятельности: они должны были принимать решения с учётом изменяющейся обстановки и заранее неизвестных действий условного противника.

Полных сведений о составе сил и всех деталях операции не сохранилось. Тем не менее общая картина её проведения позволяет оценить основные ошибки сторон.

Ошибки «красных» на первом этапе

«Красные» начали действовать решительно и предприняли настойчивые попытки найти и уничтожить транспортную группу и эскадру «синих». Однако ради поиска противника они задействовали слишком много кораблей. В результате охрана собственных десантных сил оказалась чрезмерно ослаблена.

Само по себе такое решение могло не привести к тяжёлым последствиям, если бы «красные» быстро уничтожили основные силы противника. Но выполнить эту задачу они не смогли.

Развёртывание лёгких сил, линкоров и авиации «красных» признали не полностью провальным, но неудачным. Одной из ключевых ошибок стало решение руководства ВВС направить бомбардировщики и истребители на уничтожение самолётов противника непосредственно на аэродромах.

В теории такой замысел был обоснован. Однако конкретные условия манёвров не позволяли эффективно реализовать его. Позднее это признали и сами руководители учений.

Недочёты развёртывания привели к тому, что «красные» фактически оставили без должного внимания собственный линкор «Октябрьская революция». По первоначальному плану корабль должен был поддержать лёгкие силы флота во время их сосредоточенного удара по главным силам «синих».

29 сентября эта задача не была выполнена. Ночью 30 сентября командование «красных» не отвело крупный корабль, оставив его в опасной близости от лёгких сил противника. Одновременно был организован ночной дозор, но он оказался крайне неэффективным.

Разбор показал, что всю ночь «Октябрьская революция» находилась под угрозой атаки миноносцев и торпедных катеров «синих». Более того, из-за решений командования утром 30 сентября линкор мог стать объектом сосредоточенного удара противника.

Таким образом, «красные», которые сами должны были нанести концентрированный удар по вражеской эскадре, из-за ошибок в развёртывании поставили под угрозу один из наиболее сильных кораблей флота ещё до начала собственной атаки.

Десант и удар по эскадре

Морской десант «красных» высадился в установленный срок, и формально противник не смог сорвать эту операцию. Однако с тактической точки зрения высадка завершилась неудачей. Батальон действовал настолько плохо, что наблюдатели сочли: обороняющаяся сторона фактически отбила десант.

Сосредоточенный удар по силам «синих» также не состоялся. Развёртывание вновь оказалось ошибочным, а разведка, по всей видимости, не смогла дать командованию необходимую информацию.

Вместо атаки всей боевой линии противника удар пришёлся только по головному кораблю. Согласованности, которой требовал замысел операции, снова не возникло. Эсминцы и торпедные катера действовали раздельно, причём обе атаки оказались неудачными.

Эсминцам не удалось добиться успеха из-за грамотных действий «синих». Манёвр торпедных катеров выглядел ещё хуже. Вместо того чтобы выйти противнику в голову и атаковать эскадру с нескольких направлений, катера преследовали «синих» и пытались наносить удары с кормы.

Авиация флота в нужный момент не появилась. Это уже стало устойчивой проблемой КБФ. Формально самолёты атаковали эскадру «синих», но произошло это уже после окончания учений.

Бомбардировщики не смогли синхронизировать свои действия с корабельными силами. При этом приказ об отмене удара они также не получили. В результате общий замысел оказался нарушен: корабли атаковали без авиационной поддержки, а авиация нанесла удар с опозданием.

С учётом всех этих обстоятельств учебно-боевая операция 1936 года, как и аналогичное мероприятие годом ранее, завершилась провалом. «Красные» не смогли организовать согласованный удар корабельных сил и авиации.

Критика К. Е. Ворошилова

После завершения учений руководство КБФ подверглось жёсткой критике со стороны наркома обороны СССР К. Е. Ворошилова.

Взаимодействие флота с частями Ленинградского военного округа он охарактеризовал словами «не взаимодействием, а сплошным курьезом». Авиацию флота Ворошилов назвал «богадельней» и заявил, что «летает она позорно плохо».

В его оценках также прозвучали определения «примитивно», «не авиация, а гнусный позор» и «взаимодействия никакого не было».

Нарком отдельно подчеркнул, что командование КБФ не понимает специфики авиации и не умеет ею управлять. Он пригрозил передать авиацию из состава флота в ВВС, если положение не будет исправлено в кратчайшие сроки.

Что изменилось по сравнению с 1935 годом

Несмотря на провал основных задач, результаты 1936 года нельзя оценивать исключительно как повторение предыдущего кризиса. По сравнению с 1935 годом флот всё же продемонстрировал ограниченный, но заметный прогресс.

В 1935 году «красные» должны были воспроизвести заранее подготовленный сценарий. Однако даже с этой задачей они не справились: в сосредоточенной атаке участвовали только торпедные катера, а линкоры и эсминцы сразу отошли и не вступили в бой.

В 1936 году заранее заданного сценария уже не было. «Красные» действовали неумело, допускали серьёзные ошибки, но всё же настойчиво искали возможность атаковать противника. Сосредоточенного удара вновь не получилось, однако в атаку вышли не только торпедные катера, но и эсминцы.

Поэтому поражение «красных» в 1936 году было очевидным, но не столь полным, как годом ранее. При этом «синие» продемонстрировали более высокий уровень подготовки.

Штаб «синих» планировал воздействовать на боевой порядок противника на всю глубину. Были предусмотрены ночные удары по линии дозора «красных», атаки кораблей на маневренной базе и нападение на линкор «Октябрьская революция». Кроме того, «синие» собирались активно устанавливать мины в районе предполагаемого развёртывания сил противника.

Неизвестно, какую часть задуманного плана удалось реализовать. Однако, судя по имеющимся данным, в ночь на 30 сентября «синие» преодолели линию дозоров, прикрывавшую «Октябрьскую революцию». До самого линкора они не дошли.

В целом при разборе учений к «синим» предъявили значительно меньше претензий, чем к «красным». Основной недостаток заключался в чрезмерной смелости их манёвров. Из-за этого 30 сентября они сами оказались в положении, позволявшем «красным» нанести удар.

Но для флота сближение с противником и бой на короткой дистанции являются естественной частью боевой работы. Кроме того, даже оказавшись под угрозой, «синие» затем грамотно маневрировали и смогли уклониться от атаки эсминцев. Торпедные катера «красных» не потребовали от них столь же сложных действий: они сами сорвали собственную атаку.

Общий уровень подготовки

Учебно-боевая операция стала главным мероприятием боевой подготовки КБФ в 1936 году и оставила противоречивое впечатление.

Поставленные задачи выполнены не были. Флот не продемонстрировал способности к координации даже между отдельными корабельными соединениями, а взаимодействие с авиацией фактически отсутствовало.

Одновременно сравнение с 1935 годом показывает определённый рост. Повышение уровня подготовки, вероятно, было связано с увеличением интенсивности занятий. В 1936 году большинство соединений выполнило учебные планы. В предшествующие годы флот не мог добиться такого результата.

Улучшилась артиллерийская подготовка. При этом 45 процентов всех стрельб проводились в сложной обстановке. Число учебных пусков новейших на тот момент 533-мм торпед увеличилось в полтора раза: с 295 в 1935 году до 451 в 1936 году.

Следовательно, отдельные направления подготовки действительно продвинулись вперёд. Однако этот прогресс оставался ограниченным. В 1936 году Краснознамённый Балтийский флот всё ещё не был готов к ведению морской войны, а общий уровень его подготовки оставался крайне низким.

Комментарии ⁰