США ищут иностранную замену провалившимся фрегатам

Пара фрегатов класса «Могами» Морских сил самообороны Японии

Америка снова столкнулась с нехваткой боевых кораблей

Военно-морские силы США оказались перед очередной проблемой: после закрытия программы фрегатов Constellation у флота фактически не осталось собственного готового проекта корабля этого класса. Одновременно сохраняется дефицит кораблей для действий в ближней морской зоне, сопровождения соединений, противолодочной обороны и выполнения задач, для которых нерационально использовать эсминцы.

Прибрежные районы формально могут патрулировать катера Береговой охраны США. Однако такие корабли не обладают полноценными возможностями для отражения атак авиации, борьбы с надводными кораблями и противодействия подводным лодкам. Например, катер Береговой охраны класса «Легенда» имеет водоизмещение 4700 тонн и экипаж из 113 человек, то есть по размерам приближается к фрегату. При этом его вооружение ограничено артиллерийскими системами и стрелковым оружием. Для патрулирования этого достаточно, но для серьёзной обороны — нет.

Вертолёт не способен решить проблему. Корабли Береговой охраны в основном получают поисково-спасательные машины «Дельфин» производства «Еврокоптера», а их возможности в боевом применении ограничены.

Предполагалось, что роль малых боевых кораблей в прибрежной зоне возьмут на себя литоральные корабли Freedom и Independence. Однако обе программы столкнулись с многочисленными техническими и эксплуатационными трудностями. Эти корабли оказались пригодны главным образом для демонстрационных выходов в море, но не подтвердили способность стабильно выполнять полноценные боевые задачи.

Проблемы есть и с кораблями дальней морской зоны. Эсминцы типа Zumwalt должны были заменить часть крейсеров типа Ticonderoga и эсминцев Arleigh Burke. В результате были построены только три корабля, для которых так и не создали обещанное вооружение нового поколения. Все три Zumwalt находятся в фактически небоеготовом состоянии и используются ограниченно. При этом крылатые ракеты Tomahawk штатно размещаются на эсминцах Arleigh Burke, что обходится значительно дешевле.

Основная нагрузка на эсминцы Arleigh Burke связана не только с нанесением ударов тактическими ракетами. Эти корабли должны прикрывать авианосцы и десантные соединения, обеспечивать противовоздушную и противолодочную оборону. Ресурс кораблей не бесконечен, а протяжённость морских границ США составляет примерно 12 000 километров. Поэтому задача становится особенно сложной, если Вашингтон действительно готовится к возможному конфликту в Тихом океане.

Эсминцы в этой системе выполняют роль ударного инструмента, но флоту необходимы и более многочисленные корабли, способные закрывать второстепенные направления и обеспечивать защиту соединений.

Почему американская программа Constellation провалилась

После закрытия программы Constellation ситуация с пополнением флота стала ещё менее определённой. Победителем конкурса FFG(X) стала компания Fincantieri Marinette Marine. Однако сам проект оказался чрезмерно изменённым по сравнению с исходным итало-французским фрегатом FREMM.

Изначально американская версия должна была использовать европейскую платформу с относительно небольшими доработками. Но требования ВМС США привели к росту стоимости, сроков и технической сложности. В конечном счёте американский корабль сохранил лишь около 15 процентов общих черт с исходным FREMM. Водоизмещение первоначального европейского проекта составляло около 6000 тонн при полной загрузке, тогда как американская версия превысила 7800 тонн.

Строительство началось до полной готовности проекта. Первоначально планировалось построить 20 кораблей, но в конце 2025 года программу сократили до двух корпусов, после чего она была окончательно закрыта.

Другие предложения также не стали решением проблемы. Компания Atlas North America представила вариант на базе германского MEKO A-200, однако в финал конкурса не вышла. Austal USA предложила корабль на основе литорального Independence, а Lockheed Martin — вариант на базе литорального Freedom. Использование откровенно проблемных кораблей в качестве основы для фрегатов выглядело рискованно.

Huntington Ingalls Industries разработала проект на основе патрульного корабля класса Legend. Но для размещения ракетного вооружения и дополнительных средств обнаружения кораблю требовалось добавить примерно 2000 тонн водоизмещения. Это означало глубокую переработку исходной платформы.

Более убедительно выглядел вариант General Dynamics, основанный на испанском фрегате Alvaro de Bazán F100. Этот корабль соответствует стандартам НАТО и оснащён боевой информационной системой Aegis. Почему американская сторона не выбрала испанскую основу, остаётся неясным.

Таким образом, США последовательно отказались от немецкого, испанского и франко-итальянского вариантов, но собственного жизнеспособного решения так и не получили.

Новый поиск: японский, южнокорейский и турецкий варианты

На фоне отсутствия американского проекта администрация Трампа начала рассматривать закупку кораблей, разработанных дружественными государствами. В перечень потенциальных кандидатов вошли три фрегата:

японский класс «Могами»;

южнокорейский класс «Чунгнам»;

турецкий класс «Стамбул».

Эти корабли заметно отличаются размерами, вооружением, архитектурой и условиями эксплуатации. Тем не менее каждый из них способен выполнять задачи противолодочной, противокорабельной и частично противовоздушной обороны.

Администрация Трампа настаивает на использовании уже созданных иностранных проектов для ускоренного пополнения флота и одновременно рассчитывает восстановить американские судостроительные мощности. Предполагается, что первые один или два корабля могут быть построены на зарубежных верфях, после чего производство перенесут в США.

Министру военно-морского флота, исполняющему обязанности которого в настоящее время является Хун Цао, поручено представить президенту план нового конкурсного подхода к приобретению надводных кораблей. В документе должны быть определены сроки и требования к кораблям, способным вести противолодочную борьбу, действовать против надводных целей и сопровождать конвои.

Кроме того, план должен учитывать требования к танкерам пополнения запасов в море, обозначаемым как CONSOL, а также к судам типа Roll-On/Roll-Off.

Такой подход может привести к новому международному конкурсу. В рамках предполагаемой схемы до двух первых кораблей разрешат построить на зарубежных верфях, после чего производство начнётся на американских предприятиях. Цель — быстро расширить флот, не дожидаясь многолетнего восстановления собственных возможностей.

Вашингтон называет эту схему «финской моделью». Её суть заключается в строительстве первой партии за рубежом с последующим переносом производства в США. Название связано с соглашением между США и Финляндией, объявленным в прошлом году в связи со строительством новых ледоколов для Береговой охраны США.

Возможность изучения иностранных проектов надводных боевых кораблей была отражена в запросе Пентагона на бюджет 2027 финансового года, опубликованном ранее в этом году. Президент Трамп, бывший министр военно-морских сил Джон Фелан и другие американские чиновники публично говорили о возможном сотрудничестве с судостроителями Японии и Южной Кореи.

Согласно отчёту USNI, турецкий проект «Стамбул» включили в текущий обзор после того, как он обсуждался Трампом и турецкими официальными лицами в кулуарах саммита НАТО в Анкаре в июле.

Фрегат как недостающее звено американского флота

США формально не эксплуатируют фрегаты с 2015 года, когда из состава флота вывели последний корабль типа «Оливер Хазард Перри». Освободившуюся нишу планировали передать литоральным кораблям Freedom и Independence, но они не смогли выполнить такую задачу.

В 2019 году ВМС объявили программу нового фрегата FFG(X). Она привела к созданию Constellation, но эта программа стала очередным неудачным проектом.

Теперь появилась программа FF(X). В её рамках рассматривается корабль на основе катера Береговой охраны класса National Security Cutter, известного также как «Легенда». Первый корабль планируется спустить на воду в 2028 году.

Однако первые корабли FF(X), по имеющейся информации, не получат вертикальную пусковую установку VLS и ряд других возможностей, которые считались обязательными для Constellation. Это уже вызвало вопросы относительно их боевой ценности. Без VLS такой корабль рискует превратиться в обычный артиллерийский патрульный корабль, хотя аналогичные функции уже выполняет Береговая охрана.

Несмотря на это, ВМС США по-прежнему нужны фрегаты в большем количестве. Такие корабли дешевле эсминцев и способны усиливать крупные соединения либо действовать самостоятельно там, где применение крейсера или эсминца избыточно.

Фрегаты могут сопровождать конвои, вести патрулирование, участвовать в противолодочной обороне, действовать в менее опасных районах и выполнять задачи, для которых не требуется весь потенциал многоцелевого эсминца. При достаточной численности они также позволят разгрузить корабли Arleigh Burke и направить их на более сложные операции.

После вывода «Оливеров Перри» и фактического ухода Zumwalt в резервные и ограниченные режимы эксплуатации эсминцы Arleigh Burke оказались востребованы практически повсеместно. Их используют не потому, что каждая такая миссия требует возможностей эсминца, а потому, что у флота нет достаточного числа более дешёвых кораблей.

Именно этот пробел должна закрыть программа FF(X). Наличие готовых зарубежных проектов делает японский, южнокорейский и турецкий варианты привлекательными, но различия между ними создают дополнительные трудности.

Фрегаты класса «Могами»

Японский «Могами», также известный как 30FFM, представляет собой многоцелевой корабль с возможностями противовоздушной, противокорабельной, противолодочной и противоминной обороны. В последнем случае речь идёт как о поиске мин, так и об их установке.

Первый корабль этого типа поступил на вооружение Морских сил самообороны Японии в 2022 году. Фрегат имеет водоизмещение около 5500 тонн и использует комбинированную дизель-газотурбинную силовую установку CODAG. Она позволяет экономично двигаться в обычном режиме и получать дополнительную мощность при необходимости увеличить скорость.

Корабль оснащён многофункциональным радаром с активной фазированной антенной решёткой AESA, современными датчиками и интегрированными системами управления. Характерной деталью стала мачта NORA-50, или UNIted COmbined Radio aNtenna — UNICORN. На ней размещены различные антенны.

На фрегатах применена необычная мачтовая конструкция, а боевые информационные центры выполнены в футуристическом стиле.

Базовый вариант вооружён двумя четырёхконтейнерными установками для противокорабельных крылатых ракет Type 17. Для ближней обороны используется SeaRAM с ракетами RIM-116 RAM. В носовой части установлена 127-мм артиллерийская башня.

На крыше ходовой рубки размещены два дистанционно управляемых боевых модуля с пулемётами калибра 12,7 мм. Основное ракетное вооружение включает вертикальную пусковую установку Mk.41 на 16 ячеек.

В эти ячейки могут загружаться ракеты A-SAM японской разработки либо американские RIM-162 и усовершенствованные Sea Sparrow. Одна ячейка Mk.41 способна принять четыре ракеты ESSM. После соответствующей доработки корабельных систем управления установка может использоваться также для запуска ракет Harpoon и Tomahawk.

Для авиационной группы предусмотрены полётная палуба и ангар на один вертолёт Seahawk. Кормовая аппарель позволяет применять беспилотные подводные и надводные аппараты UUV и USV, а также надувные лодки с жёстким корпусом RHIB.

Компания Mitsubishi Heavy Industries разработала увеличенную модификацию «Могами». Её длина составляет почти 142 метра, а водоизмещение — около 6200 тонн. На корабле установлена вертикальная пусковая установка на 32 ячейки, улучшены радар, датчики и системы управления.

В прошлом году правительство Австралии объявило о покупке нескольких таких кораблей в рамках программы SEA 3000. Австралийские корабли получат национальные модификации. Кроме того, вариант «Могами» рассматривается как возможный кандидат для ВМС Новой Зеландии.

Австралийская сделка стала одной из крупнейших, а возможно, крупнейшей зарубежной продажей японского оружия со времени окончания Второй мировой войны. Она гарантирует загрузку производственной линии Mitsubishi Heavy Industries на длительный срок.

Для США наличие одинаковой платформы у американского флота и двух влиятельных союзников в Тихоокеанском регионе создало бы заметные преимущества. Обслуживание таких кораблей можно было бы организовать в Японии и Австралии.

Фрегаты класса «Чунгнам»

Южнокорейские корабли класса «Чунгнам», также обозначаемые как FFX-III или FFG-III, являются новейшими фрегатами Республики Корея. Они предназначены для противовоздушной, противокорабельной и противолодочной обороны.

Головной корабль поступил на вооружение в 2024 году. Длина фрегата немного превышает 130 метров, максимальная ширина составляет около 15 метров, а полное боевое водоизмещение достигает примерно 4300 тонн.

Основой проекта стал более ранний фрегат Daegu, который, в свою очередь, был развитием корабля Incheon. История этой корабельной линии ведёт начало к разработкам конца 1990-х годов.

На «Чунгнаме» применяется комбинированная дизель-электрическая и газовая силовая установка CODLOG. Она обеспечивает более гибкое управление мощностью, снижает требования к техническому обслуживанию и помогает уменьшить эксплуатационные расходы.

Основной радар AESA установлен на мачте с четырьмя неподвижными антенными решётками. Помимо него, корабль имеет дополнительные радиолокационные и другие сенсорные системы, а также комплекс радиоэлектронной борьбы.

Каждый фрегат оснащён вертикальной пусковой установкой K-VLS на 16 ячеек. Она может использоваться для ракет «земля — воздух» K-SAAM, противокорабельных крылатых ракет Haeseong I, известных также как SSM-700L или C-Star, а также противолодочных ракет вертикального запуска K745A1 Hong Sang Eo, или Red Shark.

Артиллерийское вооружение включает 127-мм пушку в носовой башне. Для борьбы с подводными лодками предназначены два трёхтрубных торпедных аппарата. Ближняя оборона обеспечивается комплексом CIWS II с семиствольной 30-мм пушкой.

На корме размещены полётная палуба и ангар для одного вертолёта.

Сейчас ВМС Южной Кореи имеют два корабля класса «Чунгнам». В ближайшие годы планируется построить ещё четыре. Головной фрегат создала компания Hyundai Heavy Industries, которая также относится к основным разработчикам проекта.

Южнокорейская промышленность продемонстрировала высокий темп строительства: второй корабль нового поколения был спущен на воду через пять месяцев после первого. Однако этот показатель сам по себе не гарантирует получения крупного американского заказа.

Фрегаты класса «Стамбул»

Турецкий класс «Стамбул» создан в рамках национальной программы MILGEM. Изначально этот проект не фигурировал среди основных кандидатов на поставку иностранных кораблей ВМС США. Включение произошло после серии переговоров, встреч на международных форумах и обсуждений между американскими и турецкими официальными лицами.

Фрегат рассчитан на противовоздушную, противокорабельную и противолодочную борьбу. Головной корабль TCG «Стамбул» вошёл в состав ВМС Турции в 2024 году.

Длина корабля составляет примерно 113,5 метра, ширина — немного более 14,5 метра, полное боевое водоизмещение — около 3000 тонн. По размерам турецкий фрегат значительно уступает японскому «Могами» и южнокорейскому «Чунгнаму».

Такое решение связано с условиями применения. Турецкие корабли создавались для Средиземного и Чёрного морей, где расстояния между базами меньше, чем в предполагаемой зоне действий американского флота. Поэтому «Стамбулу» не требуется такая же автономность по запасам, как кораблям для Тихого океана. Освободившийся объём можно направить на вооружение и оборудование.

Как и «Могами», турецкий фрегат использует силовую установку CODAG. В составе вооружения — вертикальная пусковая установка MiDLAS на 16 ячеек. Изначально она предназначалась главным образом для зенитных ракет малой и средней дальности Hisar.

В августе стало известно, что второй корабль — «Измир», проходящий ходовые испытания, получил новую 16-зарядную версию MiDLAS с заметно более длинными направляющими. Это позволит применять более крупные боеприпасы, включая зенитные ракеты средней дальности Siper, противокорабельные ракеты Atmaca и, возможно, крылатые ракеты наземного базирования Gezgin.

MiDLAS является масштабируемой вертикальной пусковой установкой, созданной в Турции как альтернатива американской Mk.41. Степень её совместимости с американскими системами остаётся отдельным вопросом.

В первоначальном варианте «Стамбул» получил четыре палубные пусковые установки для 16 противокорабельных ракет Atmaca. Артиллерийское вооружение включает 76-мм пушку в носовой башне и комплекс ближней обороны Gokdeniz с двухствольной 35-мм пушкой.

Кроме того, корабль оснащён двумя дистанционно управляемыми модулями с 25-мм пушками и двумя спаренными торпедными аппаратами.

Главный сенсорный комплекс включает вращающийся радар с активной фазированной антенной решёткой, установленный на интегрированной мачте. На борту также имеются дополнительные радары, другие датчики, системы радиотехнической разведки и радиоэлектронного противодействия.

Кормовые полётная палуба и ангар рассчитаны на вертолёт Seahawk.

Второй фрегат, получивший имя «Измир», проходит испытания. Всего Турция собирается приобрести восемь кораблей этого класса. Их строят несколько турецких верфей.

В прошлом году верфь TAIS Shipyards заключила контракт на строительство как минимум двух «Стамбулов» для Индонезии. Это показывает, что турецкая промышленность обладает возможностями для выполнения экспортных заказов.

Политические и промышленные препятствия

Пока неясно, разрешит ли Конгресс приобретение иностранных боевых кораблей. Против таких планов выступают и демократы, и республиканцы. Их основная претензия заключается в том, что зарубежные закупки могут ослабить американскую судостроительную промышленность.

Действующее законодательство уже требует специального разрешения администрации на использование иностранных военных кораблей в интересах национальной безопасности. Проект ежегодного закона об оборонной политике — National Defense Authorization Act, или NDAA — на 2027 финансовый год, который проходит через Сенат, предусматривает исключение возможности выдачи такого разрешения.

В июне представители Комитета Палаты представителей по вооружённым силам предложили полностью запретить финансирование иностранных военных кораблей в отдельном варианте NDAA.

«Финская модель» должна снизить опасения законодателей. По её условиям иностранные судостроители обязуются вкладывать значительные средства в американские верфи и нанимать работников в США, даже если первые корабли строятся за рубежом.

Административно-бюджетное управление Белого дома в июле заявило:

«Администрация решительно выступает против раздела 1025, который запрещает использование средств для закупки первых боевых кораблей, которые будут построены на иностранной верфи, особенно в то время, когда в соответствии с “финской моделью”, впервые примененной в программе создания средних ледоколов береговой охраны, долгосрочные инвестиции осуществляются на американских верфях».

В том же заявлении говорилось:

«Этот запрет не решает серьезных проблем, связанных с накопившимися заказами на судостроение по шести основным программам на наших “флагманских” верфях».

За этим спором стоит более масштабная проблема — разрыв между возможностями судостроения США и Китая. Разница между промышленными потенциалами двух стран уже подчёркивалась на слайде брифинга Управления военно-морской разведки, подготовленном примерно в 2023 году.

США в последние годы пытались восстановить собственную судостроительную отрасль. Однако отрасль испытывает нехватку квалифицированных работников и сталкивается с другими ограничениями. Дополнительные вопросы вызвали планы строительства линкоров класса «Трамп». Администрация отдельно возражала против того, чтобы эта программа создавала дополнительную нагрузку на американскую военно-морскую промышленность.

Сама «финская модель» тоже не гарантирует успеха. Она ограничивает свободу США использовать зарубежные верфи и одновременно требует быстрого роста американского производства. Но дефицит мощностей уже стал серьёзной проблемой.

Приоритетом может стать закупка кораблей, которые уже выпускаются серийно, с минимальными изменениями. Особенно актуальным это выглядит после провала программ LCS и Constellation.

Главный урок Constellation заключается в том, что иностранный серийный проект нельзя превращать в новый корабль с помощью бесконечных доработок. Именно постоянный поток требований со стороны ВМС США привёл к тому, что первоначальный FREMM перестал быть FREMM. В рамках FF(X) ВМС заявляют о намерении избежать таких ошибок.

1 сентября 2026 года ВМС США приступили к официальной оценке трёх иностранных проектов: японского «Могами», южнокорейского «Чунгнам» и турецкого «Стамбул».

В бюджете на 2027 финансовый год в рамках зарубежной закупки предусмотрено 1,85 миллиарда долларов. Эти средства предназначены для приобретения до двух головных кораблей иностранного производства. Начиная с третьего корпуса, строительство должно быть перенесено на американские верфи.

Стратегия призвана сократить задержки внутреннего кораблестроения и обеспечить серийное производство на фоне быстрого количественного роста китайского надводного флота.

Какой проект выглядит предпочтительнее

Японский «Могами» обладает крупнейшим корпусом среди трёх кандидатов и одновременно требует наименьшего экипажа. Для американской программы это важно: добавление национального оборудования неизбежно увеличит массу и потребует дополнительного внутреннего объёма.

При американизации кораблю понадобятся новые системы связи, криптографическое оборудование, средства радиоэлектронной борьбы, холодильные установки, антенны и дополнительные жилые помещения. Всё это может добавить сотни тонн, изменить требования к электропитанию, сместить центр тяжести и ухудшить устойчивость верхней части корпуса.

Большой запас водоизмещения в таком случае становится преимуществом. Именно его не хватило Constellation.

Автоматизация японского корабля также имеет значение. Если для обслуживания «Могами» требуется около 90 моряков вместо 125, экономия составляет 35 военнослужащих на один корабль. Для серии из 20 фрегатов это 700 должностей, не считая экипажей подготовки, аварийных бригад и берегового обеспечения. Для США, испытывающих дефицит кадров, это существенный фактор.

Япония уже доказала возможность серийного выпуска «Могами». В рамках первоначальной программы из 12 кораблей верфи Mitsubishi Heavy Industries в Нагасаки и предприятие в Тамано строили примерно по два фрегата в год.

Теперь Япония переходит к строительству 12 более крупных кораблей New FFM, или модернизированных «Могами». Работы начнутся в 2026 году. Первые два корабля планируется спустить на воду в 2027 году, а все 12 кораблей для Морских сил самообороны должны быть готовы к 2033 году. Это означает темп примерно два-три корабля в год в основной период производства.

Австралия выбрала увеличенный вариант. Первый австралийский корабль планируется передать в декабре 2029 года.

Таким образом, до включения американского заказа японская промышленность уже имеет контракт на 15 модернизированных «Могами»: 12 для японских Морских сил самообороны и три для Австралии.

7 мая 2026 года Новая Зеландия сократила список кандидатов на замену фрегатов типа Anzac до модернизированного «Могами» и Type 31. В мае 2026 года Япония предложила этот проект Индонезии.

Южнокорейский «Чунгнам» уступает «Могами» по водоизмещению, но обладает преимуществами в производственной организации. Серия распределена между несколькими предприятиями, а интервалы между закладкой и постройкой кораблей короче.

Особого внимания заслуживает силовая установка CODLOG. Она включает одну газовую турбину Rolls-Royce MT30, четыре дизель-генератора MTU 12V 4000 M43B и два электродвигателя с постоянными магнитами Leonardo DRS, вращающие два вала.

Корабль способен двигаться в электрическом режиме. Это уменьшает шум механизмов и делает фрегат более подходящим для противолодочных операций.

После вывода фрегатов «Оливер Хазард Перри» США лишились значительной части специализированных надводных противолодочных сил. Предполагалось, что Constellation частично восстановит их, но закрытие программы вернуло проблему.

Ещё одно промышленное преимущество Южной Кореи состоит в распределении шести кораблей серии III между Hyundai Heavy Industries, SK Oceanplant и Hanwha Ocean. Производство не сосредоточено на одной верфи.

Сейчас Южная Корея строит примерно один-два фрегата в год. Одновременная работа трёх ведущих предприятий даёт общенациональный потенциал примерно в два-три корабля ежегодно, а при необходимости — до трёх-четырёх.

Для Вашингтона скорость имеет критическое значение. Если на переход к американскому строительству уйдёт ещё три-четыре года, Китай за это время сможет добавить от шести до 16 фрегатов.

При этом китайский Type 054A не следует напрямую сравнивать с эсминцем Arleigh Burke. Американский эсминец располагает гораздо более мощной батареей Mk.41 и более совершенной системой Aegis для противовоздушной и ударной обороны. Но фрегат и не должен быть равен эсминцу.

Десятки более дешёвых кораблей позволяют Китаю выполнять сопровождение, противолодочную оборону, патрулирование, прикрытие оперативных групп и дальние походы, не расходуя ресурс крупных кораблей. Эсминцы Type 052D и Type 055 можно оставлять для задач, где требуются большая ракетная нагрузка и мощные средства обнаружения.

ВМС США, напротив, регулярно отправляют Arleigh Burke на операции, для которых достаточно было бы фрегата. Это ускоряет износ кораблей и снижает доступность их наиболее сложных возможностей.

Турецкий «Стамбул» выглядит самым компактным и наиболее сложным для американской адаптации. Небольшой корпус ограничивает резерв для размещения дополнительных систем. Кроме того, значительная часть оборудования и вооружения имеет турецкое происхождение.

Турция является членом НАТО, поэтому проект создавался с учётом стандартов альянса. Однако американские ВМС вряд ли захотят эксплуатировать корабль с турецкой боевой системой и вооружением без глубокой замены оборудования.

Американизация «Стамбула» может оказаться чрезмерно дорогой: на корабле почти всё турецкое — от сенсоров до оружия. Дополнительным недостатком является его прибрежная специализация. Использование корабля, рассчитанного на Чёрное и Средиземное моря, в Тихом океане создаст для логистики США серьёзные трудности.

Риск повторения Constellation

Главная угроза любой зарубежной закупке состоит в том, что американские требования снова превратят готовый проект в полностью новый корабль.

Если ВМС США сохранят корпус, силовую установку, основные датчики, боевую систему и интерфейсы вооружения, ограничившись небольшими изменениями связи и взаимодействия, производственные данные иностранной верфи останутся применимыми.

Но установка Aegis Baseline 10, радара EASR или другого американского радара, Mk.41, ESSM, Tomahawk, американских противокорабельных ракет, средств радиоэлектронной борьбы и прочего оборудования способна быстро превратить программу в «Созвездие-2».

Каждая крупная замена требует переработки конструкции, электроснабжения и охлаждения, интеграции программного обеспечения, проверки электромагнитной совместимости и нового цикла испытаний.

Итоговая оценка

«Могами» имеет наиболее крупный корпус и, следовательно, больший резерв для американского оборудования. Корабль уже освоен в серийном производстве. Кроме того, это единственный из трёх кандидатов, который сочетает ракеты противовоздушной обороны с возможностью применения оружия, не зависящего исключительно от вертикальных пусковых ячеек.

Такое решение даёт дополнительные варианты отражения воздушных атак. В случае конфликта в Тихом океане американские корабли могли бы использовать инфраструктуру союзников, уже знакомых с этой платформой.

Недостатком остаётся высокая степень автоматизации. При повреждении автоматизированных систем экипаж может столкнуться с дополнительными трудностями. Однако в целом «Могами» выглядит наиболее сильным кандидатом.

«Чунгнам» уступает японскому кораблю в размерах, но имеет сильную противолодочную составляющую, удачную силовую установку и распределённую производственную базу. Газовая турбина MT30 и электродвигатели Leonardo DRS уже применяются в западных системах, хотя интеграция южнокорейской боевой системы всё равно потребует отдельных решений.

Этот проект выглядит реалистичным и жизнеспособным и может стать резервным вариантом для США, если переговоры с Японией не завершатся соглашением.

«Стамбул» обладает меньшим корпусом, а высокая доля турецких датчиков и вооружения делает его масштабную адаптацию наиболее сложной. Несмотря на членство Турции в НАТО, американская сторона, вероятно, захочет заменить значительную часть оборудования.

В результате первоначальная экономия исчезнет. Ограниченная автономность и ориентация на прибрежные моря также создадут проблемы при использовании в Тихом океане.

До выбора поставщика ВМС США необходимо заранее определить допустимый предел изменений, как это сделано в программе FF(X). Одновременно следует чётко установить, для каких задач нужен новый фрегат и какие функции нельзя приносить в жертву ради ускорения строительства.

На этот раз выбор будет сложнее, чем в предыдущем конкурсе: кандидатов меньше, а времени на решение ещё меньше.

Комментарии ⁰