MUGEM: турецкий авианосец между амбициями и вызовами

MUGEM: турецкий авианосец между амбициями и практическими задачами

23 августа 2026 года командующий Военно-морскими силами Турции адмирал Эрджумент Татлыоглу сообщил на фестивале Teknofest Blue Homeland, что первый авианосец национальной постройки MUGEM (Milli Uçak Gemisi) планируется спустить на воду 27 сентября 2027 года. Корабль строят на Стамбульской военно-морской верфи. Его ввод в строй намечен на 2032 год.

MUGEM задуман как авианосец водоизмещением 60 000 тонн с системой взлёта STOBAR — самолёты стартуют с трамплина, а садятся с помощью аэрофинишера. Проект объединяет пилотируемую авиацию, реактивные боевые беспилотники и автономные аппараты для действий на поверхности и под водой. Иными словами, речь идёт не только о корабле с авиакрылом, но и о платформе для управления различными беспилотными средствами.

Размеры и устройство корабля

Длина MUGEM составит 285 метров, ширина — 72 метра, осадка — 10,1 метра. При водоизмещении около 60 000 тонн корабль должен развивать скорость свыше 26 узлов и проходить до 10 000 морских миль. В проект включён модульный трамплин с углом наклона 12 градусов. Вместимость авианосца заявлена на уровне 52 летательных аппаратов.

MUGEM представляет собой отдельный проект, а не переделанный десантно-штурмовой корабль TCG Anadolu. Он будет на 55 метров длиннее и приблизительно в 2,2 раза тяжелее «Анадолу». Расчётная численность находящихся на борту людей — до 2500. Ранее указывалась цифра около 800 человек, но она относилась прежде всего к экипажу корабля. В полную численность входят также лётный и технический персонал, командные подразделения, медики и другие специалисты.

Неатомная силовая установка должна обеспечить кораблю скорость более 26 узлов и дальность плавания 10 000 морских миль при 14 узлах. Если использовать весь заявленный запас хода, движение на этой скорости займёт около 714,3 часа — примерно 30 дней без пополнения запасов.

В качестве одного из вариантов энергетической установки рассматривались четыре газовые турбины GE LM2500 мощностью примерно по 23 МВт. Суммарная мощность такого комплекта составила бы около 92 МВт. Проект также предусматривает электропривод и два вала с винтами регулируемого шага.

Электрическую часть включили в проект по практическим соображениям. Газовые турбины подходят для работы на высокой мощности, но менее эффективны при движении на малых скоростях. Система PTI-PTO должна дать возможность управлять силовой установкой и выработкой электричества, не задействуя постоянно все четыре турбины.

Форму корпуса проверяли в буксировочном бассейне и изучали средствами вычислительной гидродинамики. В частности, на скорости 26 узлов оценивали сопротивление воды, образование носовой волны и вероятность забрызгивания передней части полётной палубы. Оптимизация носовой части, по расчётам, позволила сократить расход топлива на 1,5%.

Управление по проектированию военно-морских судов Турции разрабатывает гребные винты посредством физического моделирования, испытаний в буксировочном бассейне и численного анализа. Целевой коэффициент полезного действия винтов — не менее 70%.

Корабль рассчитывают на неограниченное использование авиации при волнении моря до шести баллов. В описании проекта этому уровню соответствует значительная высота волн — от 4 до 6 метров.

Авиакрыло и режимы полётов

Первоначально MUGEM будет действовать по схеме STOBAR — Short Take-Off But Arrested Recovery, то есть с коротким взлётом и посадкой с торможением. Катапульт на первой версии корабля не предусмотрено. Как на китайском авианосце «Шаньдун» и индийском «Викрант», самолёты должны разгоняться собственными двигателями, использовать носовой трамплин с углом наклона 12 градусов, а при посадке — аэрофинишер.

В актуальной конфигурации полётной палубы предусмотрены три взлётные полосы и одна посадочная зона. В ранних вариантах проекта было две взлётные полосы, а вместимость авиагруппы выросла с 50 до 52 аппаратов.

Трамплин сделали модульным. Если турецкая программа разработки собственной катапульты дойдёт до практического применения, его можно будет демонтировать, а корабль — переоборудовать под CATOBAR, то есть катапультный взлёт и посадку с помощью аэрофинишера. Катапульта обеспечила бы летательным аппаратам дополнительную энергию при старте и ослабила бы ограничения по взлётной массе. В нынешней схеме скорость приходится набирать за счёт двигателей и трамплина.

Пока катапульта не появилась, характеристики авиации должны отвечать ограничениям корабля: длине разбега, дистанции разгона, величине «ветра над палубой», взлётной массе и геометрии трамплина.

В планах авиакрыла фигурируют палубный вариант пилотируемого самолёта Hürjet и три беспилотника с неподвижным крылом: Kizilelma, Anka-3 и Bayraktar TB3. Всего на корабле предполагается размещать до 52 аппаратов. При необходимости можно будет сформировать однородную авиагруппу из 52 Kizilelma.

Палубной версии Hürjet пока нет. Её разработка ведётся, однако срок появления неизвестен. Наземный Hürjet — учебно-тренировочный и лёгкий боевой самолёт, а для авианосца потребуется отдельный морской вариант. Он должен выдерживать нагрузки при посадках с аэрофинишером и повторяющихся жёстких касаниях палубы, противостоять коррозии в солёной воде и сохранять управляемость при заходе на посадку на малой скорости. Потребуются соответствующие шасси, узел аэрофинишера, усиление конструкции и изменения системы управления полётом.

Появление палубного Hürjet потребует пересмотра организации палубы. Если в проекте сохранят самолёт, первоначальное распределение — 30 аппаратов в ангарах и 20 на палубе — придётся оценивать с учётом нового типа. Такое соотношение определяет не только общее количество машин: оно влияет на то, сколько самолётов можно укрыть и обслуживать в ангаре, оставив палубу свободной для взлётов, посадок и перемещения техники.

Вопросы воздушных потоков тоже имеют значение. Остров, палуба и носовая часть корабля меняют движение воздуха на подходе к посадочной зоне. Анализ спутной струи и испытания в аэродинамической трубе должны помочь изучить эти эффекты. Они могут различаться для обычного Hürjet, Kizilelma с иной компоновкой органов управления, летающего крыла Anka-3 и значительно меньшего TB3. Кроме того, существуют сообщения о возможной адаптации истребителя Kaan для эксплуатации с авианосца.

Реактивные беспилотники

Bayraktar Kızılelma, которую также называют «Красным яблоком», рассматривается как один из ключевых беспилотных самолётов для MUGEM. Построено шесть прототипов, идут испытания. В перспективе аппарат сможет нести до тонны боевой нагрузки, развивать скорость 750 км/ч и преодолевать 900 километров. Эти характеристики могут сделать его востребованным в вооружённых силах, но программа пока находится на начальном этапе. Турецкие специалисты уже столкнулись с необходимостью менять двигатели, а дальнейший ход работ остаётся открытым. Kızılelma представляет интерес как беспилотник, однако по возможностям пока не равна пилотируемому самолёту.

Anka-3, разрабатываемая компанией TAI, близка к Kızılelma по лётно-техническим характеристикам. Теоретически она способна оставаться в воздухе несколько дольше, но дальность указывается меньшая — около 700 километров. Боевая нагрузка составляет 1200 кг вместо 1000 кг. TAI предлагает этот аппарат как альтернативу разработке «Байрактара». Anka-3 также проходит испытания, и до серийного производства ей ещё далеко.

Bayraktar TB3 уже выпускается серийно. Это не реактивный аппарат, поэтому его показатели скромнее: скорость составляет 250–300 км/ч, боевая нагрузка — менее 300 кг, а дальность — около 2000 километров. При этом TB3 уже успешно проявил себя на нескольких учениях НАТО. Он создавался специально для военно-морского применения с коротких палуб.

Hürjet остаётся единственным семейством пилотируемых самолётов с неподвижным крылом, включённым в план авианосца. Однако речь идёт именно о будущей морской версии, а не о существующем наземном учебно-тренировочном и лёгком боевом самолёте.

По заявлениям представителей Турции, включая министра обороны, палуба, ангар и система управления MUGEM при необходимости смогут обслуживать только Kızılelma и использовать эти аппараты для выполнения всех предусмотренных боевых задач. Вместе с тем разные типы авиации требуют различной организации палубы: у Anka-3 схема «летающее крыло», у Kızılelma другая компоновка, TB3 существенно меньше, а пилотируемому Hürjet понадобится отдельный морской вариант.

Пусковые установки и ракетное вооружение

В состав вооружения MUGEM включены 32 вертикальные пусковые установки MIDLAS разработки Roketsan. Компания выпускает две основные конфигурации комплекса, а также одноячеечные варианты для гибкого размещения. Последние в данном случае не являются главным предметом рассмотрения.

Тактический вариант MIDLAS предназначен для противовоздушной обороны средней дальности и применения противокорабельных ракет. Его высота составляет 6,7 метра. С ним совместимы Hisar-D, Atmaca и Siper Block 1-D.

Ударная версия имеет высоту 8 метров. Она рассчитана на противовоздушную оборону дальнего рубежа и, что особенно важно для назначения корабля, на удары по наземным целям. В числе совместимых боеприпасов указаны Siper Block 2-D и крылатая ракета «Гезгин».

Стандартный модуль занимает около 6 квадратных метров и состоит из восьми ячеек. Предусмотрена так называемая «четырёхместная компоновка»: в каждой восьмиячеечной секции можно разместить до 32 ракет меньшего размера. Таким образом, четыре сегмента MIDLAS способны принять в общей сложности 128 ракет класса «земля — воздух», если использовать такую схему.

Перечень потенциально совместимых ракет включает несколько типов:

Hisar-D RF — ракета средней дальности для противовоздушной обороны, военный вариант Hisar-O+.

Siper Block 1-D — зенитная ракета большой дальности, заявленная дальность которой превышает 100 км.

Siper Block 2-D — ракета класса «земля — воздух» увеличенной дальности, более 150 км.

Atmaca — противокорабельная крылатая ракета.

Gezgin — крылатая ракета для поражения наземных целей.

Tayfun — баллистическая ракета малой дальности, которую планируют адаптировать для размещения на подводных лодках или крупных надводных боевых кораблях.

Следовательно, MIDLAS может использоваться не только для защиты авианосца от воздушных угроз. При соответствующем оснащении MUGEM сможет наносить ракетные удары по кораблям и береговым объектам.

Такой подход отчасти напоминает концепцию советских авианесущих крейсеров проекта 1143. Их представители сегодня выполняют задачи обычных авианосцев, однако изначально 12 пусковых установок противокорабельных ракет «Гранит» давали кораблям возможность действовать и как крейсерам, атакующим неприятельские суда без участия авиакрыла.

Во время нелётной погоды такая возможность могла быть особенно полезной. «Гранит» длиной 10 метров и массой 7 тонн относился к крупным ракетам, которые могли нести лишь немногие корабли. П-1000 «Вулкан» на ракетных крейсерах проекта 1164 «Атлант» также представляли собой мощное вооружение.

У кораблей проекта 1143 имелись средства для отражения ракетных атак. «Адмирал Кузнецов» нёс 256 ракет зенитного ракетно-артиллерийского комплекса «Кортик» и 192 ракеты комплекса «Кинжал».

На фоне этих показателей 128 ракет для MUGEM выглядят менее внушительно. Вместе с тем у турецкого флота есть достаточное количество фрегатов и корветов, которые могут участвовать в прикрытии авианосца. Кроме того, Средиземное и Чёрное моря, где лежат основные интересы Турции, находятся в зоне действия турецкой береговой авиации.

Беспилотные аппараты на море и под водой

MUGEM планируют использовать и как командный центр для беспилотных аппаратов, действующих на поверхности и под водой. ВМС Турции уже располагают пятью типами беспилотных надводных аппаратов, двумя типами надводных аппаратов-камикадзе и тремя типами подводных аппаратов. Эта техника потенциально может быть интегрирована в единую командную систему авианосца.

К надводным разработкам Aselsan относятся Albatros-K и Albatros-S, предназначенные для разведки, наблюдения и действий группами. Marlin рассчитан на разведывательные задачи, противокорабельную и противолодочную борьбу, а также радиоэлектронную борьбу. Tufan предназначен для высокоскоростных автономных миссий.

В подводной сфере Kiliç 10 и Kiliç 200 обладают возможностями автономного нанесения ударов. Deringöz разработан для подводной разведки и наблюдения, а также противоминных задач. Аппарат Sancar компании Havelsan способен вести разведку, участвовать в надводной борьбе и противоминных операциях; он уже интегрирован с системой управления боем Advent.

Çaka и USV-12 ориентированы на комплексную разведку и наблюдение в прибрежной зоне. Семейство Neta компании STM предназначено для подводной разведки, картографирования морского дна и противоминной обороны. Yaktu — ещё один вариант высокоскоростного беспилотного подводного аппарата.

В семейство Ulaq компании Meteksan входят модульные платформы для разведки, радиоэлектронной борьбы и противокорабельных задач. Ulaq Kama рассчитан на высокоскоростные автономные атаки. Дополнительные возможности предлагают Salvo компании Dearsan и Pirana компании MKE; последняя предназначена для применения в качестве аппарата-камикадзе.

Помещения для запуска, размещения и приёма таких аппаратов будут не просто складскими зонами: они должны связать авианосец с более широкой группировкой беспилотных средств. Система управления Advent задумана как общий командный уровень, соединяющий беспилотники с MUGEM, пилотируемой авиацией, другими летательными аппаратами и кораблями турецкого флота. Она позволит передавать между воздушными, надводными и подводными платформами данные с датчиков и команды. Это может заметно расширить боевые возможности авианосца.

Защита корабля и сенсорное оборудование

Собственное вооружение MUGEM включает 32 ячейки вертикального пуска MIDLAS, размещённые в двух модулях по 16 стволов, а также артиллерийские и ракетные комплексы ближней обороны. Они предназначены для защиты самого корабля внутри внешнего оборонительного рубежа. Полноценное прикрытие авианосца должно обеспечиваться соединением кораблей сопровождения.

В конфигурации проекта на 2026 год предусмотрены три комплекса ближнего действия, четыре дистанционно управляемых боевых поста и две зенитные ракетные системы. Это отличается от варианта 2024 года, где планировались четыре 25-мм установки Gökdeniz и шесть 25-мм установок Stop.

Если считать отдельные огневые позиции, схема включает 32 ячейки вертикального пуска и девять самостоятельных средств ближней или точечной обороны.

Сенсорная мачта должна нести многофункциональный радар дальнего действия Çafrad, малозаметный радар LPI, систему опознавания «свой-чужой», электрооптическое оборудование наведения и средства высокочастотной связи. Пассивное наблюдение будет вестись при помощи инфракрасных систем слежения и средств радиоэлектронной поддержки. Это позволит обнаруживать цели, не полагаясь только на активное радиолокационное излучение.

Комплекс радиоэлектронной борьбы предусматривает разведку и подавление радиосигналов, а также лазерную установку. Такое оснащение создаёт несколько способов противодействия угрозам в радиочастотном и электрооптическом диапазонах.

Для спутниковой связи предполагаются диапазоны X, Ku и Ka — три частотных диапазона, обеспечивающих связь за пределами прямой видимости. Advent должна объединять собственные датчики, вооружение и беспилотные системы авианосца с более широкой военно-морской сетью.

Однако 32 ячеек вертикального пуска недостаточно, чтобы корабль водоизмещением 60 000 тонн самостоятельно обеспечивал противовоздушную оборону большого района в продолжительном высокоинтенсивном конфликте. Поэтому вооружение MUGEM следует рассматривать как внутренний рубеж защиты. Эсминцы и фрегаты, прежде всего будущие эсминцы ПВО TF-2000, должны предоставить дополнительные ракеты, расширить радиолокационный охват и обеспечить дополнительные возможности взаимодействия вокруг авианосца.

Медицинские и логистические возможности

Максимальная численность людей на борту — 2500 — показывает, насколько развитая внутренняя инфраструктура потребуется для эксплуатации MUGEM. Около 800 человек в прежних оценках — это преимущественно корабельный экипаж; остальные относятся к авиационному крылу, техническому и медицинскому персоналу, командным структурам и подразделениям, выполняющим специальные задачи.

Медицинский комплекс планируют оборудовать на уровне Role 2 Enhanced. В него должны войти две операционные и две клиники, стоматологический кабинет, помещения для сортировки пострадавших, интенсивной терапии и лечения ожогов, радиологический кабинет, изолятор, палаты на 30 коек, лаборатория и аптека.

Такое оснащение позволит проводить хирургические операции, стабилизировать состояние людей с травмами и обеспечивать стационарное лечение в море. Возможности корабля не будут ограничены первой помощью и временным размещением пострадавших.

Для перемещения грузов и техники предусмотрены аппарели на корме и правом борту. Они создадут дополнительные логистические маршруты для транспортных средств, оборудования и имущества, необходимого для выполнения задач.

Программы турецкого флота

В августе 2026 года Татлыоглу заявил, что для ВМС Турции уже строятся 37 кораблей, а начало работ ещё над десятью ожидалось в течение месяца. После этого общее число военных кораблей, находящихся в постройке на турецких верфях, должно было достигнуть 47.

Помимо этого, турецкие предприятия строят 24 военных корабля для иностранных заказчиков. Таким образом, общий объём одновременного строительства должен составить 71 корабль.

В планы развития флота входят MUGEM, национальный быстроходный ударный корабль, национальное судно противоминной обороны и «Коджатепе» — первый эскадренный миноносец противовоздушной обороны TF-2000.

В составе действующего надводного флота уже есть корветы типа «Ада»: TCG Heybeliada, TCG Büyükada, TCG Burgazada и TCG Kinaliada. В рамках программы строительства фрегатов типа «Стамбул» построен TCG İstanbul, а TCG İzmir и TCG İzmit находятся в постройке.

Подводные силы одновременно переходят на подводные лодки типа «Рейс». TCG Piri Reis и TCG Murat Reis уже спущены на воду, а Hizir Reis готовится к вводу в эксплуатацию.

Турция также обновляет морское вооружение. Противокорабельная ракета Atmaca сменила американскую Harpoon. По словам Татлыоглу, примерно за месяц до его заявления в августе 2026 года турецкая подводная лодка выпустила Atmaca по цели на расстоянии 190 км. Кроме того, ВМС получили тяжёлую торпеду Akya и «умную» морскую мину Malaman.

Все эти программы связаны с перспективами MUGEM. Авианосцу понадобятся эсминцы для ПВО, фрегаты и вертолёты для противолодочной обороны, подводные лодки для подводного дозора, корабли снабжения для поддержания автономности и защищённые каналы связи для распределённых операций. Не менее важно иметь собственное вооружение и возможность его пополнять, не опираясь полностью на иностранные запасы.

Поэтому спуск корабля на воду в сентябре 2027 года будет означать не завершение программы, а переход от постройки корпуса к интеграции систем. Запланированная поставка в 2032 году зависит и от более широкого развития турецкого флота: стране предстоит создать корабли сопровождения, подводные лодки, ракеты, торпеды, мины и беспилотные системы, необходимые для работы авианосца водоизмещением 60 000 тонн.

Сопоставление с «Адмиралом Кузнецовым» и «Мистралем»

Оценить MUGEM можно и через сравнение с двумя другими известными кораблями — ТАВКР «Адмирал Кузнецов» и УДК «Мистраль».

По водоизмещению «Адмирал Кузнецов» близок к турецкому проекту, но располагает более многочисленными и эффективными, по крайней мере в теории, средствами ПВО — как ракетными, так и артиллерийскими. Его ударное ракетное вооружение также могло быть мощнее, хотя современная эффективность «Гранитов» вызывает сомнения.

Главное отличие — авиакрыло. На «Кузнецове» предусмотрены обычные самолёты и вертолёты, количественно сопоставимые с планируемой авиагруппой MUGEM. Даже при полётной нагрузке, уменьшенной примерно вдвое, Су-33 могли брать 3200 кг вооружения. Это втрое превышает нагрузку любого из рассматриваемых беспилотников. При этом самолёт сохраняет сопоставимую дальность и обладает сверхзвуковой скоростью.

Если исходить из этих показателей, MUGEM уступает «Адмиралу Кузнецову» по эффективности примерно втрое. Такой вывод не меняется даже с учётом того, что ударное вооружение «Кузнецова» в последние годы не функционировало. Его системы ПВО включали 450 ракет и 5000 снарядов, а авиационная группа, несмотря на устаревшие самолёты, теоретически превосходила по возможностям крыло из современных беспилотников.

Возникает и вопрос о том, чем будет заполнен сопоставимый с «Кузнецовым» объём корабля. Здесь уместно вспомнить УДК «Мистраль»: такие корабли предназначены не только для перевозки десанта, но и для функций командного центра и госпиталя. Универсальные десантные корабли разных стран стремятся совмещать доставку сил к месту высадки, проведение самой операции, огневую поддержку десанта, эвакуацию раненых и медицинскую помощь.

Десантные возможности MUGEM подробно не раскрыты. Однако разница между общим числом людей на борту — 2500 — и приблизительной численностью корабельного экипажа — около 800 — составляет 1700 человек. Им потребуется назначить задачи. Часть из них составят лётчики и техники авиакрыла, но экипаж «Адмирала Кузнецова» с авиагруппой обычных самолётов насчитывает около 2000 человек, то есть меньше, чем заявленная численность MUGEM.

Вероятно, существенная доля персонала будет заниматься управлением и обслуживанием надводных и подводных морских беспилотников. Сам факт наличия такого количества специалистов позволяет предположить, что число этих аппаратов на борту будет значительным.

В результате MUGEM может стать разведывательно-ударной платформой с функциями поддержки и управления, в которой разведывательные и ударные задачи в значительной степени выполняют беспилотные системы.

Подобную концепцию пытались реализовать иранцы на корабле «Шахид Багери», рассчитанном на большое количество беспилотников при почти полном отсутствии прочих возможностей. Во время недавних столкновений с США корабль не проявил себя чем-то примечательным. Возможно, подходящего случая для его применения пока не было.

Возможные районы применения

Перспективы MUGEM зависят и от того, в каких районах Турция сможет использовать подобный корабль. У страны есть выход к двум основным акваториям — Чёрному и Средиземному морям. В обеих зонах у Анкары имеются интересы, а отношения с рядом государств остаются напряжёнными. Однако список потенциальных противников невелик, и необходимость авианосца в каждом из этих сценариев вызывает вопросы.

Греция. Между Турцией и Грецией десятилетиями сохраняются разногласия, связанные с демаркацией границ, которую стороны считают неправильной. Но для противостояния в Эгейском море MUGEM выглядит избыточным: расстояние между турецким и греческим побережьем составляет примерно от 60 до 200 километров, и поддерживать военное равновесие могут обычные военно-воздушные силы.

Кипр. На острове и рядом с ним имеется достаточно обычных аэродромов, откуда действовать проще, чем с авианосца.

Курдистан. Наиболее напряжённое направление для Анкары связано с курдами. Оно затрагивает и отношения с Ираном, и ситуацию в Ираке. Но моря в этом районе нет, поэтому авианосец там не нужен.

Израиль. Напряжённость между Турцией и Израилем сохранялась в прошлом и остаётся актуальной. ВМС Турции уже проверяли морские рубежи Израиля на прочность, между странами происходили разные инциденты. Но MUGEM у израильского побережья мог бы оказаться в уязвимом положении. Немецкие подводные лодки и корветы представляют собой непростых противников, однако основную опасность создают военно-воздушные силы Израиля. В последние годы израильская авиация в основном наносила удары по жилым кварталам Газы, не встречая сопротивления, но турецким кораблям против неё пришлось бы сложнее.

В Чёрном море возможные противники для Турции также неочевидны. Болгария и Румыния — союзники по НАТО, Грузия не является противником, а с Украиной у Турции дружеские отношения. Россия также не рассматривается как враг. Кроме того, расстояние от турецкого побережья до российского в среднем составляет около 300 километров.

За пределами Средиземного моря — например, в Красном или Аравийском — ясных задач для такого корабля тоже не просматривается. Даже у НАТО там немного целей, а основную активность ведут США. Практика недавних операций показала, что длительное пребывание кораблей под ракетными атаками хуситов и расходование боекомплекта не выглядит выгодной задачей, особенно если за неё никто не заплатит.

Противостояние с Ираном также осложняет выбор направления. Оно показало, что Иран способен быстро восполнять потери: после устранения одной угрозы могут появиться несколько новых, не уступающих ей по возможностям. Турции невыгодно обострять отношения с Ираном, с которым у неё есть общая граница. В случае конфликта иранские установки могли бы быть задействованы так, что ракеты преодолевали бы 800 километров до Анкары быстрее, чем расстояние до Тель-Авива или Иерусалима, и с не меньшим эффектом.

В итоге остаётся неясным, какие именно задачи будет выполнять турецкое соединение с MUGEM. Пока корабль строится, штабам, вероятно, предстоит определить для него конкретные сценарии применения.

Значение программы для Турции

Объяснение появления MUGEM может заключаться в стремлении Анкары продемонстрировать, что она способна реализовать сложный военно-морской проект. Это соответствует амбициям президента Эрдогана и интересам турецкого военно-промышленного комплекса.

Турция давно подчёркивает стремление к самостоятельности. Такая политика не всегда вызывает одобрение у стран НАТО, в том числе у законодателей, отвечающих за экспорт вооружений. Сухопутные силы примерно на 80% оснащены отечественными системами. Флот и авиация пока отстают по уровню самостоятельности, но Анкара развивает собственный универсальный боевой вертолёт и истребитель-бомбардировщик.

В этом контексте MUGEM становится демонстрацией возможностей. Проект выглядит неоднозначно, однако после появления турецкого УДК «Анадолу» к заявлениям «Мы можем» уже труднее относиться с насмешкой.

Авианосец водоизмещением 60 000 тонн с авиагруппой из 52 беспилотников может показаться несоразмерным решением, особенно если пока не очевидно, где и для чего его применять. Тем не менее программа может дать Турции значительный опыт. В него войдут:

• размещение, хранение, подготовка и эксплуатация летательных аппаратов на корабле;

• проведение полётов с палубы;

• управление, сбор и обработка информации во время разведывательных и боевых операций.

Опыт применения беспилотников с корабля будет особенно важен, поскольку в нештатных ситуациях управлять ими сложнее, чем пилотируемыми самолётами. При этом некоторые из этих аппаратов лишь немного уступают самолётам по размерам. В дальнейшем у Турции могут появиться и собственные палубные самолёты.

Эрдоган стремится превратить Турцию из регионального игрока в государство, с которым вынуждены считаться во всём регионе. В определённой мере эта стратегия уже приносит результат. Турецкую армию считают второй по силе в НАТО, что может вызывать неудовольствие во Франции, Германии и Великобритании. Флот тоже развивается.

Турция находится ближе к Персидскому заливу, чем европейские страны, пытавшиеся навести там порядок. То, что для европейских участников обернулось неудачей и фактическим позором, в перспективе может оказаться по силам Эрдогану.

Поэтому MUGEM можно рассматривать прежде всего как демонстрацию возможностей Турции — как в целом, так и на Ближнем Востоке. Корабль остаётся спорным проектом, но в качестве испытательного комплекса и крупной учебной площадки он может оказаться полезным: эксплуатация даст стране опыт палубной авиации, беспилотных систем и управления многоуровневыми военно-морскими силами.

Комментарии ⁰