85-мм зенитные пушки 52-К под Тулой: как два расчёта остановили танки на Орловском шоссе

Архивная фотография: 85-мм зенитная пушка 52-К 6-й батареи 732-го полка на Пролетарском мосту в Туле, октябрь 1941 года. Снимок относится к тому же полку и периоду, однако запечатлённая позиция не была местом боя взвода Волнянского.

30 октября 1941 года, в 8 часов 30 минут, на южной окраине Тулы погиб наводчик зенитного орудия, красноармеец Иван Иванович Беспалов. Спустя двадцать минут был убит лейтенант Григорий Матвеевич Волнянский, командовавший противотанковым заслоном. Немецкие танки продолжали атаковать, но пройти в город по Орловскому шоссе не смогли.

Передовой рубеж держал огневой взвод 6-й батареи 732-го зенитно-артиллерийского полка ПВО. В его распоряжении были два 85-мм зенитных орудия и двадцать один человек. В наградных документах указано, что огнём этих пушек уничтожили четырнадцать немецких танков.

Восемь суток до боя#

История обороны этого участка охватывает период с 22 по 30 октября 1941 года — от распоряжения подготовить зенитчиков к отражению танковых атак до штурма Тулы немецкими войсками.

К концу месяца 2-я танковая армия генерал-полковника Гейнца Гудериана приблизилась к городу. После захвата Орла и тяжёлых боёв под Мценском немецкие части продолжили наступление на север. Их целью было овладеть Тулой и получить возможность для дальнейшего обхода Москвы.

Тула имела важное военное и транспортное значение: здесь находились оружейные предприятия, железнодорожный узел и пересечение дорог. Организовывать оборону пришлось, когда противник уже вышел к городской черте.

Одним из наиболее опасных направлений было Орловское шоссе. Оно вело к городской застройке, поэтому прорыв танков по этой дороге мог открыть им путь в Тулу. Для усиления противотанковой обороны на подступах разместили 85-мм зенитные пушки.

732-й полк изначально предназначался для защиты города от воздушных атак. Но 22 октября командование Московской зоны ПВО распорядилось готовиться и к отражению наступления с земли. Командир полка майор Михаил Трофимович Бондаренко перегруппировал батареи. Зенитчики подбирали позиции с учётом направлений, удобных для движения танков, изучали подступы, наносили на карту ориентиры и рассчитывали расстояния до них.

Для расчётов это была новая задача. Вместо самолётов, появлявшихся в небе над городом, нужно было поражать бронетехнику на дороге и прилегающей местности.

На вооружении стояли 85-мм зенитные пушки образца 1939 года — 52-К. Высокая начальная скорость снаряда позволяла применять их против немецких танков того времени, в том числе бронебойными боеприпасами. Однако орудия были крупными и тяжёлыми, поэтому быстро переместить их под огнём было трудно. На открытой позиции расчёт подвергался опасности со стороны танковых пушек, пулемётов и артиллерии. Возможности 52-К рассматривались также в материале «Зенитки против танков. Часть 1-я».

К 28 октября два орудия взвода Волнянского заняли позиции на южном направлении. На следующий день немецкие войска вышли к району Ясной Поляны и Косой Горы.

Южные подступы обороняли подразделения 50-й армии, 156-й полк НКВД, Тульский рабочий полк и зенитчики 732-го полка ПВО. Горожане рыли противотанковые рвы, сооружали баррикады и другие заграждения. Работы по подготовке рубежей продолжались почти до начала боёв.

Общий ход обороны Тулы, в том числе атаки 30 октября, разбирался в материале «Гудериан не прошёл: героическая оборона Тулы». На участке Орловского шоссе ситуация была особенно напряжённой: там передовой заслон принял на себя удар танков.

Схема боевых действий в Центральном районе Тулы 30 октября 1941 года показывает позиции советских подразделений, включая батареи 732-го полка, и направления немецких атак. Она была воспроизведена по материалам о создании музейной панорамы обороны города. Составитель первоначальной схемы не установлен; позиции отдельных орудий взвода Волнянского на ней не указаны.

Два орудия, двадцать один боец#

Волнянскому было двадцать лет. Он служил заместителем командира 6-й батареи и получил под командование передовой огневой взвод, которому поручили создать противотанковый заслон. Вместе с ним находился политрук Михаил Иванович Сизов.

Согласно послевоенным воспоминаниям Сизова, во взводе было двадцать один человек. Первым орудием командовал ефрейтор Фёдор Никитович Никитенко, вторым — ефрейтор Иван Герасимович Казак, родившийся в 1918 году. Наводчиками были красноармейцы Беспалов и Шведов; имя и отчество Шведова в использованных воспоминаниях не приведены. Обязанности заряжающего выполнял красноармеец Александр Васильевич Волокиткин. В обслуживании пушек участвовал также заместитель политрука Василий Федосеевич Шейко.

В состав взвода входили бойцы орудийной прислуги — ефрейторы Сиренко и Жарков, красноармеец Евдокимов, а также разведчики Колобашкин, Арифметиков, Голуб и другие зенитчики. Их имена и отчества в доступных свидетельствах не названы.

Каждый номер расчёта отвечал за свою часть работы. Наводчик следил за целью в прицел и направлял на неё орудие. Командир выбирал цели, руководил действиями расчёта и отдавал команды. Заряжающий подавал и досылал тяжёлый унитарный выстрел, остальные бойцы обеспечивали подачу боеприпасов, работали с механизмами и наблюдали за обстановкой.

На открытой позиции гибель или ранение одного человека сразу осложняли работу всего орудия. Его обязанности приходилось распределять между оставшимися бойцами, порой одновременно с помощью раненым и продолжением стрельбы. Поэтому за результатом, который в документах указывали числом подбитых танков, стояла согласованная работа всего расчёта.

По воспоминаниям Сизова, Волнянский тщательно готовился к бою: заранее выполнил топографические расчёты, обсудил с командирами орудий возможные варианты действий и отрабатывал с артиллеристами стрельбу по наземным целям. На подготовку оставалось всего несколько дней.

Утро 30 октября#

В журнале боевых действий 732-го полка начало немецких атак отмечено в 6 часов 50 минут. В наградном листе Волнянского говорится о колонне из сорока танков, двигавшейся по Орловскому шоссе. В описаниях боёв на южных подступах встречается и большее количество бронемашин, однако там рассматривается более широкий участок наступления.

Танки двигались группами, маневрируя на дороге и рядом с ней. Утренний туман ухудшал видимость, поэтому обнаруживать цели было трудно. Зенитчики открыли огонь прямой наводкой.

Первые снаряды поразили несколько машин, однако немецкие танки не остановились. Их экипажи отвечали огнём из пушек и пулемётов, советские позиции также обстреливали немецкие миномёты. Пыль, дым и вспышки выстрелов мешали наблюдению. Наводчики продолжали искать цели, заряжающие подавали снаряды, а командиры поддерживали темп стрельбы и следили, чтобы расчёты не теряли слаженности.

Первую атаку удалось отбить.

В воспоминаниях Сизова сохранилась подробность о короткой паузе после боя: политрук достал кисет, и артиллеристы потянулись к махорке закопчёнными руками. При записи воспоминаний этот эпизод мог получить литературную обработку. Но он передаёт важную деталь обстановки: у бойцов появилось несколько минут передышки, хотя противник оставался поблизости и мог возобновить атаку.

Долго отдыхать не пришлось. Немцы снова двинулись вперёд.

Расчёт Никитенко#

В наградном листе наводчика Беспалова приведены его слова, сказанные перед боем: «Если погибну, считайте меня коммунистом».

Беспалову было двадцать два года. Он служил наводчиком в расчёте ефрейтора Никитенко. В наградных документах отмечено, что благодаря его точной наводке орудие уничтожило восемь вражеских танков. Эта цифра относится к результату всего расчёта: меткость наводчика была принципиально важна, но вести огонь с нужной скоростью без остальных бойцов пушка не могла.

Тем временем немецкие танки сокращали расстояние, пытались обойти позицию и продолжали обстрел. Беспалов оставался у прицела. В 8 часов 30 минут его убил осколок снаряда.

Расчёту требовалось заменить погибшего наводчика. Осколки могли повредить не только людей, но и само орудие или его прицельные приспособления. В такой обстановке бойцы должны были продолжать стрельбу, помогать раненым и поддерживать исправность механизмов.

Позднее погиб и командир орудия Никитенко. По воспоминаниям Сизова, рядом с позицией разорвался немецкий снаряд: осколок сразил ефрейтора, а взрывы боеприпасов ещё больше осложнили положение артиллеристов. После смерти командира оставшимся бойцам пришлось перераспределять обязанности и самостоятельно продолжать выполнение задачи.

Шесть танков расчёта Казака#

Вторым орудием командовал ефрейтор Казак. Его наградной лист сообщает, что расчёт уничтожил шесть немецких танков. В документе также подчёркнуто: противник не смог пройти через сектор обстрела орудия. Сам Казак был тяжело ранен.

Свидетельств о действиях этого расчёта сохранилось меньше, чем об орудии Никитенко, но известны его результат и имена нескольких участников.

Воспоминания Сизова позволяют восстановить и часть событий после того, как расчёты понесли потери. Заряжающий первого орудия Волокиткин и заместитель политрука Шейко помогали выносить раненых. Красноармеец Евдокимов перевязывал пострадавших. Ефрейтор Сиренко получил тяжёлое ранение. Под обстрелом бойцы переносили боеприпасы и брали на себя работу выбывших товарищей.

В итоге исправным оставалось только одно орудие. Свидетельства не позволяют точно установить, какое именно, но известно, что оно продолжало вести огонь.

Гибель Волнянского#

Передовой заслон оказался в крайне тяжёлом положении. На позициях были убитые и раненые, расчёты потеряли часть личного состава. Обстрел мешал подносить боеприпасы, а повреждения механизмов затрудняли стрельбу.

В позднейшем историческом очерке о войсках ПВО говорится, что Волнянский поочерёдно заменял выбывших артиллеристов, выполняя обязанности наводчика, заряжающего и других номеров расчёта. Прямых подтверждений этому эпизоду нет, но он не противоречит известным обстоятельствам боя. Сизов вспоминал, что лейтенанта у орудия поразил осколок вражеского снаряда. В наградном листе указано точное время гибели Волнянского: 8 часов 50 минут 30 октября 1941 года.

В послевоенных публикациях встречаются и более подробные версии последнего столкновения лейтенанта с немецким танком — вплоть до описания, как раненый командир успевает подбить приблизившуюся машину. К таким деталям следует относиться осторожно: это поздние рассказы, а не установленные документами обстоятельства. Надёжно известно, что Волнянский командовал двумя орудиями, участвовал в отражении атаки и погиб на позиции. Необходимости дополнять неизвестные подробности вымышленными действиями или репликами нет.

После гибели лейтенанта оставшимися бойцами руководил политрук Сизов. Другие расчёты 6-й батареи продолжали сопротивляться, несмотря на тяжёлые потери.

В тот день немецким войскам не удалось прорваться в Тулу по Орловскому шоссе.

Участок общего оборонительного рубежа#

Бой взвода Волнянского был частью общей обороны города. 30 октября немецкие войска атаковали Тулу с нескольких направлений. На южных подступах им противостояли подразделения 50-й армии, Тульского рабочего полка и 156-го полка НКВД. Зенитчики поддерживали артиллерийским огнём другие части, а на отдельных участках сами занимали передовые позиции.

На Воронежском направлении действовали расчёты 10-й батареи, которой командовал лейтенант Михаил Милованов. Согласно документам полка, они уничтожили четыре немецких танка. Сравнение этого результата с четырнадцатью танками, записанными на счёт взвода Волнянского, и шестью — расчёта Казака, показывает, как распределялись результаты по отдельным участкам: подразделения уничтожали по несколько машин.

Применение зенитных орудий помогло советским войскам сорвать первую попытку быстро овладеть Тулой. В дальнейшем немецкое командование продолжало наступать, стремясь обойти город с востока и юго-востока, однако сопротивление защитников продолжалось.

В конце октября и в ноябре 1941 года 732-й полк неоднократно применял зенитные пушки против наземных целей. Этот опыт показал, насколько важны заранее подготовленные противотанковые позиции и взаимодействие артиллеристов со стрелковыми подразделениями. Орудия, созданные для борьбы с авиацией, при наличии подходящих боеприпасов и подготовленных расчётов могли эффективно противостоять танкам. Потери среди защитников были тяжёлыми.

Награды и память#

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 ноября 1941 года лейтенанта Волнянского и наводчика Беспалова посмертно наградили орденами Ленина. Государственные награды получили и другие участники боёв 6-й батареи, в том числе командиры орудий и бойцы расчётов.

31 октября 1941 года Волнянского похоронили на Всехсвятском кладбище Тулы. По сведениям тульских краеведов, впоследствии останки перенесли на территорию воинской части под Воронежем. В списки этой части Волнянского навечно зачислили в 1977 году.

В 1972 году бывший Механический переулок в Туле переименовали в улицу Волнянского. Она связана с участком обороны, где в октябре 1941 года находился передовой противотанковый заслон. На доме № 2 установлена мемориальная доска, посвящённая бою огневого взвода 6-й батареи.

На проспекте Ленина, неподалёку от этой улицы, в 1980 году появился памятный знак «Передний край обороны Тулы». Он выполнен в виде фрагмента кремлёвской стены.

Памятный знак «Передний край обороны Тулы» на проспекте Ленина, в районе улицы Волнянского. Установлен в 1980 году.

30 октября 2026 года исполнилось 85 лет со дня боя на Орловском шоссе. За прошедшие десятилетия часть обстоятельств удалось установить, другие детали по-прежнему остаются предметом исследования.

Утром 30 октября 1941 года двадцать один советский зенитчик сражался против наступавших немецких танков. Их общие усилия остановили противника на подступах к Туле. Вспоминая Григория Волнянского, важно помнить и бойцов, которые вместе с ним обороняли этот рубеж.