Иллюстрация: бывшие русские броненосцы «Генерал-адмирал Апраксин» и «Адмирал Сенявин» под японскими флагами входят в Сасебо.

Русские корабли в японском флоте: почему Россия выкупила их обратно#

Захват корабля противника во время морской войны — привычное явление. Гораздо необычнее ситуация, когда государство спустя годы покупает у бывшего врага собственные суда, которые тот поднял со дна, восстановил и успел использовать в своем флоте. Именно так произошло с Россией в 1916 году: покупателем стала Япония, победившая ее всего одиннадцатью годами ранее.

Первые трофеи русского флота#

Начало этой истории контрастирует с ранними успехами российских моряков. 7 (18) мая 1703 года у устья Невы отряды Петра I и Александра Меншикова овладели двумя шведскими судами — шнявой «Астрильд» и галиотом «Гедан». Петр получил за участие в операции орден Святого апостола Андрея Первозванного и стал шестым кавалером этой награды.

Иллюстрация: Л. Д. Блинов, «Взятие шведских кораблей в устье Невы», 1890 год.

В ходе Северной войны российские моряки взяли десять шведских судов в Гангутском сражении, в том числе «Элефант». В Гренгамском бою им достались четыре шведских фрегата. Спустя два столетия ситуация стала обратной: уже японцы захватывали и возвращали в строй русские корабли.

Японские трофеи Русско-японской войны#

Война 1904–1905 годов обернулась для российского флота тяжелыми потерями. Но не все погибшие корабли навсегда остались на дне или пошли на металлолом. Японцы провели масштабные работы по подъему затонувших судов и восстановили многие из них. Среди трофеев были не только миноносцы, но и крупные броненосцы с крейсерами, на постройку которых российские судостроители потратили годы.

В Порт-Артуре подняли четыре эскадренных броненосца. «Пересвет» получил имя «Сагами», «Победа» стала «Суо», «Полтава» — «Танго», а «Ретвизан» — «Хидзен». Там же японцы восстановили броненосный крейсер «Баян», названный «Асо», и бронепалубную «Палладу», переименованную в «Цугару».

В Чемульпо подняли «Варяг», затопленный его экипажем после боя 27 января (9 февраля) 1904 года. В японском флоте крейсер получил название «Соя». Еще один трофей, «Новик», затонул после боя у Корсаковского поста на Сахалине. Японцы восстановили корабль и включили в свой флот как «Судзуя».

Список пополнили поднятый в Порт-Артуре миноносец «Сильный», ставший «Фумидзуки», и минные крейсеры «Всадник» и «Гайдамак», получившие имена «Макикумо» и «Сикинами». Отдельный случай — миноносец «Решительный»: в августе 1904 года японцы захватили его в нейтральном китайском порту Чифу, современном Яньтае. Сначала судно стало «Акацуки», позднее его переименовали в «Ямабико».

После Цусимского сражения японцам достались еще пять боевых кораблей, экипажи которых сдались противнику. Согласно подсчету японского Института оборонных исследований, опубликованному 25 августа 2026 года, всего в Императорский флот Японии за время Русско-японской войны включили 21 захваченный корабль. Двенадцать из них относились к крейсерам, броненосцам и кораблям береговой обороны.

Это были не просто отдельные суда, принятые в качестве трофеев. В результате войны Япония получила значительное пополнение флота. Чтобы использовать его, японцам приходилось поднимать корабли со дна, буксировать их в доки, ремонтировать корпуса, менять механизмы и котлы, а также восстанавливать или заменять вооружение.

Цусима и сдача отряда Небогатова#

Особое место среди японских трофеев заняли корабли контр-адмирала Николая Небогатова. 15 (28) мая 1905 года, на следующий день после главного боя при Цусиме, остатки русской эскадры встретились с намного превосходившими их силами адмирала Того.

В отряд Небогатова входили эскадренные броненосцы «Император Николай I» и «Орёл», броненосцы береговой обороны «Адмирал Сенявин» и «Генерал-адмирал Апраксин», а также крейсер «Изумруд». Небогатов решил сдать корабли. Японцы получили четыре броненосца: «Император Николай I» переименовали в «Ики», «Орёл» — в «Ивами», «Адмирал Сенявин» — в «Мисима», а «Генерал-адмирал Апраксин» — в «Окиносима».

«Изумруд» не подчинился приказу о сдаче и сумел вырваться из окружения. Позднее крейсер сел на камни в бухте Владимира; экипаж уничтожил корабль.

Портрет: контр-адмирал Н. И. Небогатов.

С «Бедовым», еще одним кораблем, доставшимся японцам после Цусимы, отряд Небогатова связан не был. Эсминец получил японское имя «Сацуки». На его борту находился тяжело раненный вице-адмирал Зиновий Рожественский. «Бедовый» капитулировал отдельно, и обстоятельства его сдачи стали предметом самостоятельного судебного разбирательства. Ответственность Небогатова относилась к четырем броненосным кораблям.

Вернувшись из плена, адмирал и несколько офицеров предстали перед военно-морским судом. В декабре 1906 года Небогатова и трех командиров сдавшихся кораблей приговорили к смертной казни, ходатайствуя о замене ее десятью годами заключения в крепости. Николай II утвердил смягчение наказания, а позднее помиловал Небогатова.

Защитники адмирала считали, что продолжение боя почти не оставляло надежды на победу и могло привести к гибели тысяч моряков. Критики возражали: корабли еще держались на плаву, и противнику их передали без попытки оказать последнее сопротивление. В качестве примера приводили броненосец береговой обороны «Адмирал Ушаков». Отстав от главных сил, он отказался сдаться и погиб в бою. Его техническое состояние и обстоятельства оказались иными, чем у кораблей Небогатова, однако вопрос о пределах ответственности командира этим не снимается.

Правила сдачи корабля и ответственность командира#

В 1720 году по указу Петра I вышла «Книга Устав морской», устанавливавшая обязанности командиров, офицеров и нижних чинов флота. Устав предписывал командиру проявлять мужество, служить примером для подчиненных и не отдавать корабль противнику без законного основания.

При этом документ не запрещал капитуляцию при любых обстоятельствах. В исключительной ситуации, когда сдача могла сохранить жизнь людям, ее допускали после решения офицерского совета. Иначе говоря, устав признавал, что дальнейшая борьба иногда превращается в бессмысленную гибель экипажа, но одновременно требовал отвечать за сдачу, если для нее не было реальной необходимости.

Петровские нормы 1720 года нельзя напрямую переносить на судебное дело 1906-го. Однако общий принцип оставался важным: командир не только принимал решение, но и должен был обосновать его. Поэтому спор о действиях Небогатова продолжается и сегодня.

Смена флага означала переход корабля под власть противника. Для русских моряков это было тяжелым знаком поражения, но с точки зрения права и морских обычаев капитуляция не означала изменения веры экипажа. Существеннее было то, что Япония получила корабли, сохранявшие военную ценность.

Служба бывших русских кораблей в Японии#

Трофеи использовали по-разному. Одни после ремонта вернулись в боевой состав флота, другие переклассифицировали в корабли береговой обороны, учебные или вспомогательные суда.

Показательна судьба бывшей «Полтавы», получившей имя «Танго». После подъема корабль долго восстанавливали на верфи в Майдзуру. Японцы заменили поврежденные механизмы и котлы, восстановили вооружение, переделали артиллерийские погреба и оборудование в соответствии со своими требованиями. В 1909 году «Танго» вошел в строй как броненосец береговой обороны первого класса; его также использовали для подготовки личного состава.

На восстановление «Варяга» после подъема ушло около двух лет. В ноябре 1907 года крейсер приняли в Императорский флот Японии под именем «Соя». В основном он служил учебным кораблем: на нем обучались курсанты, он участвовал в маневрах и дальних походах, а также проходил ремонты. Один из наиболее известных символов русского флота почти девять лет прослужил у бывшего противника.

В августе 1914 года Япония вступила в Первую мировую войну на стороне Антанты и начала военные действия против Германии. Во время операции против германской военно-морской базы Циндао японцы задействовали несколько бывших русских кораблей. В состав Второго флота вошли «Суо» — прежняя «Победа», «Ивами» — бывший «Орёл», «Танго» — бывшая «Полтава», «Окиносима» — бывший «Генерал-адмирал Апраксин» и «Мисима» — бывший «Адмирал Сенявин». Эти корабли участвовали в блокаде и обстреле германских позиций.

Таким образом, суда, построенные для российского императорского флота, после поражения России продолжили военную службу под флагом японского императора и участвовали в следующей войне. По сведениям Института оборонных исследований Японии, трофеи не просто оставались у причалов как устаревшие корабли: в 1914 году некоторые из них сохраняли боевое значение и привлекались к реальным операциям.

Победа над Россией принесла Японии не только политические преимущества. Ее флот получил материальное пополнение за счет кораблей, строительство которых обошлось России значительных средств.

Карикатура и цена недооценки противника#

Во время Русско-японской войны российская сатирическая пресса нередко изображала японцев с пренебрежением — как слабых, глупых и неспособных вести серьезную войну. Один из характерных примеров появился в № 12 журнала «Будильник» за 1904 год.

Иллюстрация: карикатура на адмирала Того из журнала «Будильник», 1904 год, № 12. Пример расистских образов в военной сатире того времени.

Адмирал Того на рисунке представлен обезьяной с четырьмя руками, которая пишет ложные сообщения о японских победах. Создатель карикатуры, вероятно, рассчитывал высмеять противника. Однако уже тогда звучали предостережения против подобного отношения.

20 апреля 1904 года газета «Восточное обозрение» выступила против таких изображений. Издание напомнило, что Того — опытный и искусный адмирал, заслуживающий серьезного отношения, а площадные насмешки могут «унижать не врага, а самого себя».

Иллюстрация: адмирал Того Хэйхатиро на капитанском мостике.

Последующие события придали этому предупреждению особый смысл: адмирал, которого карикатурист изобразил смешным существом, одержал победу, определившую исход войны на море. Расистские образы не были первым проявлением подобных предрассудков в российском обществе, но в годы войны они стали одним из способов представить противника якобы неполноценным. Итог Цусимского сражения показывает опасность такого подхода для страны, готовящейся к войне.

1916 год: возвращение кораблей за деньги#

В 1914 году Россия и Япония стали союзницами по Антанте. Сотрудничество создало возможность договариваться о передаче кораблей. Россия остро нуждалась в силах для защиты северных морских путей: через Архангельск и другие порты Севера доставляли важные союзные грузы, и для их охраны требовались военные суда.

Российское Морское министерство обратилось к Японии с просьбой продать корабли. Японская сторона согласилась передать три бывших российских судна: броненосец «Сагами» — прежний «Пересвет», броненосец «Танго» — прежнюю «Полтаву» и учебный крейсер «Соя» — бывший «Варяг». Это была именно продажа, а не бесплатный возврат трофеев: Россия заплатила за корабли миллионы иен.

Весной 1916 года все три судна прибыли во Владивосток и перешли под командование российских экипажей. «Пересвету» и «Варягу» вернули их прежние названия. «Полтаву» назвали «Чесмой», поскольку в Балтийском флоте к тому времени уже находился новый линейный корабль «Полтава».

Япония не только сохранила русские корабли и использовала их, но и спустя годы передала часть обратно, когда они снова понадобились российскому флоту. Однако возвращение не было триумфальным: суда состарились, механизмы износились, а дальнейшая эксплуатация требовала больших расходов. При осмотре специалисты отмечали необходимость серьезного ремонта.

Для «Пересвета» возвращение под Андреевский флаг стало последним этапом службы. 22 декабря 1916 года (4 января 1917 года по новому стилю), покидая египетский Порт-Саид, корабль подорвался на минах, выставленных германской подводной лодкой U-73, и затонул.

«Варяг» без происшествий дошел до российского Севера в ноябре 1916 года, но затем его отправили на ремонт в Великобританию. На службу российскому флоту он оттуда уже не вернулся.

«Чесма» прибыла на Север в январе 1917 года. Позднее ее использовали главным образом для учебных и вспомогательных задач. Во время Гражданской войны корабль переходил из рук в руки между противоборствующими силами. В 1924 году его исключили из состава флота и сдали на разборку.

Так завершилась история трех судов, которые Россия потеряла, Япония подняла и восстановила, а затем российское правительство выкупило обратно.

Последствия поражения#

В рассказах о Русско-японской войне обычно сосредотачиваются на Порт-Артуре, Мукдене и Цусиме, гибели кораблей и моряков, а также судебных процессах над командирами. Но была и менее очевидная сторона поражения: корабли, построенные и вооруженные для российского флота, перешли к противнику. После восстановления они продолжили службу, а некоторые участвовали в новой войне.

В 1907 году Константин Бальмонт опубликовал стихотворение «Наш царь», начинавшееся строкой: «Наш царь — Мукден, наш царь — Цусима...» Поэт связывал национальную катастрофу с Николаем II.

Причины поражения, разумеется, не ограничивались действиями одного человека. На исход войны повлияли ошибки военного планирования, недостаточная подготовка, состояние кораблей, качество управления флотом и решения отдельных командиров. Вместе с тем Николай II, будучи главой государства и верховным руководителем вооруженных сил, не мог полностью оставаться в стороне от ответственности за военную политику своего правления.

При Петре I морская победа 1703 года стала поводом для награждения высшим орденом государства. Петр уделял внимание не только личной храбрости, но и созданию флота, способного побеждать. Два столетия спустя русские моряки проявили немало мужества, однако оно не смогло компенсировать просчеты командования и недостатки подготовки.

Судьба трофейных кораблей стала дополнительным свидетельством масштаба поражения. В 1905 году японцы поднимали русские броненосцы со дна Порт-Артура и включали их в свой флот. В 1916 году российское правительство платило Японии за возвращение некоторых из тех же судов под Андреевский флаг. Эта история наглядно показывает, какой материальной цены обошлось России поражение на море.