КВ-1 9-й танковой бригады в лесу. Западный фронт, конец октября 1941 года#

КВ-1 Александра Мартынова: как три советских танка остановили немецкую атаку у Волхова

Ночная контратака у Волхова#

В ночь на 8 ноября 1941 года немецкая пехота, поддержанная миномётами и танками, захватила деревню на подступах к Волхову и двинулась на северо-запад. Остановить продвижение должны были морские пехотинцы и небольшой танковый отряд: тяжёлый КВ-1 и два лёгких Т-26. Взводом командовал лейтенант Александр Мартынов.

Против советских частей действовали силы численностью до батальона пехоты, миномётные подразделения и танковая рота. Мартынов командовал ротой 16-го танкового полка, но для предстоящей контратаки ему выделили лишь взвод.

Около двух часов ночи три танка вместе с двумя ротами 6-й бригады морской пехоты пошли в атаку. КВ был вооружён 76-миллиметровой пушкой и пулемётами; его поддерживали два Т-26. Задача объединённой группы состояла в том, чтобы восстановить прежнее положение и преградить противнику путь к Волхову.

Бой продолжался два с половиной часа. Танкисты и морские пехотинцы вынудили немцев отойти к исходным позициям. В наградном представлении командование полка особо указало на меткую стрельбу из орудия КВ, а также на храбрость и тактическую находчивость Мартынова.

Один из Т-26 получил повреждения. Машину удалось эвакуировать с поля боя. Согласно донесению бригады, экипажи советских танков потерь не понесли.

Почему был важен Волхов#

Сражения у Волхова шли за дороги и железнодорожные станции, от которых зависело сообщение осаждённого Ленинграда со страной через Ладожское озеро. В тот же день, 8 ноября, немецкие войска заняли Тихвин и перерезали железнодорожную линию Тихвин — Волхов. По этой дороге грузы доставляли к Ладоге, откуда их переправляли в Ленинград. Теперь под угрозой оказался и Волховстрой — крупный железнодорожный узел на восточных подступах к маршруту снабжения города.

Мартынов служил в 16-й танковой бригаде. Её сформировали в августе — сентябре 1941 года, после чего направили в 54-ю армию Ленинградского фронта. Танковый полк бригады также имел номер 16. В начале боевого пути в его составе числилось 46 машин, включая семь КВ и 22 Т-34. Подразделение состояло из трёх батальонов: тяжёлых, средних и лёгких танков.

Эшелоны бригады выгружались на станциях Званка и Войбокало. Во время одной из разгрузок состав попал под бомбёжку: сгорели колёсные машины, были ранены люди. Уже 23 сентября первый танковый батальон получил приказ атаковать вместе с пехотой в направлении Гонтовой Липки и Синявино. На сосредоточение перед ударом ему отвели всего два часа.

Местность осложняла боевые действия. Танкам приходилось двигаться среди лесов и болот, бездорожье тормозило продвижение, а однообразные перелески мешали ориентироваться. К концу октября 16-я бригада вместе с морскими пехотинцами и стрелковыми частями сдерживала немцев на подступах к Волховстрою и южной части Ладоги.

У северной окраины Замошья одна из танковых групп заняла позиции рядом с морскими пехотинцами. Танки частично зарыли в землю: экипажи вели огонь с места.

Лейтенант, возвращавший пехоту в бой#

Александру Максимовичу Мартынову было 29 лет. Он родился 23 ноября 1911 года в Борисовке в рабочей семье. После шести классов школы окончил фабрично-заводское училище, а до призыва работал слесарем на заводе в Харькове.

В Красную армию Мартынова призвали в 1933 году. В 1939-м он окончил курсы младших лейтенантов. На фронте находился с июня 1941 года, а с сентября командовал танковой ротой. К ноябрю за его плечами было восемь лет службы, несколько последних месяцев — фронтовой опыт. В представлении к награде указано, что с 23 сентября 1941 года Мартынов участвовал в семи атаках.

4 ноября у Наростыни бойцы 285-й стрелковой дивизии начали отходить. В опубликованном донесении названы лейтенанты Данилов и Мартынов: танковые командиры останавливали отступавших пехотинцев, собирали их и возвращали к бою.

Это было важно и для самих танкистов. Если стрелки залегали, танки, ушедшие вперёд, оставались без прикрытия. Чтобы продолжить совместную атаку, экипажам приходилось возвращаться к пехоте и снова вести её за собой.

На следующий день, 5 ноября, экипаж Мартынова действовал у Гонтовой Липки. В наградном представлении ему засчитали уничтожение немецкого танка, противотанкового орудия, транспортной машины и до взвода пехоты. Через три дня лейтенанту снова пришлось поддерживать пехоту, на этот раз на другом участке.

Т-26 105-й танковой дивизии в атаке. Западный фронт, конец июля 1941 года.

Пять человек в экипаже КВ#

По сведениям историка Юрия Сякова, механиком-водителем в экипаже Мартынова служил Александр Серов, а орудием командовал М. Чистяков.

Руководство службы 1941 года предусматривало для КВ с 76-миллиметровой пушкой экипаж из пяти человек. Командир танка следил за полем боя и выбирал цели. Командир орудия отвечал за стрельбу, младший механик-водитель подавал снаряды и заряжал пушку. Старший механик-водитель управлял движением машины, а радиотелеграфист обеспечивал связь.

КВ Мартынова к этому времени уже прошёл через несколько атак. На броне остались следы попаданий снарядов и осколков. В момент оформления наградного представления танк наработал 151 моточас. Несмотря на износ, машина продолжала участвовать в боях.

Проблемы с техникой испытывала вся бригада. По опубликованным данным, на 1 ноября в строю оставались два КВ, три Т-34, четыре БТ и один Т-26. Все десять машин считались ограниченно боеспособными из-за износа двигателей, коробок передач и других агрегатов. Эти сведения относятся к состоянию техники за неделю до контратаки; после ремонта танки могли вернуться в строй. Однако командование не могло рассчитывать на значительное число полностью исправных машин.

В таких условиях боеспособность зависела не только от прочности брони. Поломка двигателя или трансмиссии могла оставить пехоту без танковой поддержки даже тогда, когда машина выдерживала обстрел. Экипажу требовалось сохранить ходовую часть, добраться до поля боя и удержать возможность вернуться.

Немецкие танки — трофеи бригады#

Вечером 8 ноября штаб 16-й танковой бригады доложил о результатах совместной атаки танков и пехоты. В боевом донесении № 110 сообщалось, что три немецких танка сгорели, а пять были эвакуированы с поля боя. Две из вывезенных машин признали полностью исправными, ещё три — пригодными для восстановления. Там же указывалось, что противник потерял одну бронемашину и до ста пехотинцев.

Советские войска смогли вывезти неприятельские танки и передать их ремонтникам. Это лишило немецкую сторону возможности восстанавливать машины в собственных мастерских и создало для 16-й бригады, чьи танки были изношены, шанс получить пополнение.

Штаб намеревался поставить трофейную технику в строй после того, как экипажи 16-го танкового полка освоят её. Танкистам предстояло изучить управление незнакомыми машинами, стрельбу из их орудий и порядок обслуживания. Повреждённые экземпляры сначала требовалось отремонтировать. По сообщению Михаила Барятинского, три трофейные машины позднее восстановили и использовали в составе 16-й танковой бригады.

Представление к званию Героя#

За ночной бой и другие действия Мартынова представили к званию Героя Советского Союза. Документ подписали командир 16-го танкового полка подполковник Иванов и комиссар полка, батальонный комиссар Кольдарь. В характеристике лейтенанта они выделили его храбрость и инициативу.

После контратаки 8 ноября 1941 года Мартынов продолжал воевать ещё около четырёх с половиной месяцев. 26 марта 1942 года, уже в звании старшего лейтенанта, он погиб во время Любанской операции. Ему было 30 лет.

Мартынова похоронили в братской могиле в Новой Малуксе. В его родной Борисовке на Аллее Славы установлен бюст. Звание Героя Советского Союза Александру Максимовичу присвоили посмертно, 10 февраля 1943 года.